чуть-чуть — и засну на месте, поэтому шагнула к постели и повалилась на неё, издав стон удовольствия.
Служанка пыталась что-то сказать мне, я нехотя отбрыкивалась какое-то время, а потом провалилась в сон.
Странное ощущение — правый бок что-то укололо и отпустило.
Открыла глаза и некоторое время лежала, приходя в себя. Сон? Нет, не похоже: бок немного ныл после укола. Связь с демоном? Скорее всего. Просканировала себя, и выругалась, почему не приходило на ум сделать так раньше? Демону каким-то образом удалось укрыть нить связи со своей стороны, из-за этого я могла испытывать отголоски его самых сильных ощущений. Поэтому из всех тычков за столом, почувствовала лишь болезненное отдавливание ноги! И еще сейчас…
Накинув шелковый халат, отправилась на поиски Тариэля. Голова немного гудела, в чем, подозреваю, виноваты бутылочка вина и Алекта. Дворец безмолвно спал, на стенах мерцали синие же огонечки светильников, в узкие окна под потолком светила ущербная луна. Я пробиралась по коридорам, опасаясь наткнуться на слуг или, того хуже, саму королеву. Внятной причины для своего ночного путешествия не придумала.
Искомый демон обнаружился на первом этаже в зале для тренировок. Не один, с братом. Нет, я не подсматриваю, просто удостоверюсь, что Тариэль не ранен, и обратно в постель.
Два седовласых демона устроили спарринг на двуручных мечах и не замечали ничего вокруг.
Это был танец. Завораживающий, опасный и настолько мужественный, что я глаз не могла оторвать от смуглого тела своего демона. Рубашек на братьях не наблюдалось, широкие шаровары держались на крепких бедрах, оба были босы. Голова Тариэля чуть наклонена рогами вперед, вытянутый в струнку хвост иногда подрагивает, словно обеспечивает дополнительную устойчивость телу, жилистые крылья немного раскрыты, нависая угрожающей тенью над противником. Сешиэль мало уступает брату, разве что размерами крыльев. Мечи — естественные продолжения когтистых рук, то быстро-быстро мелькают в лунном свете, то замирают, будто пойманные бабочки.
Спряталась за выступом в стене и боялась лишний раз вздохнуть — в зале царила тишина, изредка нарушаемая прерывистым дыханием противников. Правый бок Тариэля украшал свежий рубец, а следы крови на шароварах и полу говорили о глубокой ране. В памяти всплыли слова Арики о быстрой регенерации демонов.
— Тари, уймись! Не могу больше, — опустил меч Сешиэль и сел на пол, — скоро утро, а ты и не отдохнул перед заданием Тимариэля.
— Ничего, в дороге высплюсь.
— Говоришь так, будто поедешь в карете, а не верхом на ящере, — хмыкнул Сешиэль.
— Сеш, скажи: можно одновременно испытывать тягу и неприязнь к женщине?
— Ого, старший принц демонов заговорил о любви? — Сешиэль присвистнул, а Тариэль, сидящий с ним рядом, поморщился.
— Не умничай, братец!
— Я и не думал, — гораздо серьезнее произнес его брат, — только когда я чувствовал подобное в последний раз — меня смертельно ранили, а потом обрядили в заколдованную рубаху, обрекая на долгие муки боли без возможности выжить. И бросили в подземелья.
— Хочешь сказать, не зря ей не доверяю?
— Если тебя к ней тянет, то не доверять уже поздно. Или ты с ней, или против неё. Третьего не дано. — Опять умничаешь, — проворчал Тариэль.
— Ты все равно женишься на ней — чего думать-то? — улыбнулся брат. — И, кстати, ваша метка — гарантия того, что с тобой таким образом не поступят. Она не похожа на самоубийцу.
— Присматривай за ней, пока меня не будет.
— Да, конечно, думаю, лишние травмы тебе ни к чему.
— Не знаю… ведь смог же я уменьшить связь между нами, вдруг она воспользуется этим?
— Брат, ты определись уже, а? И пойдем спать… Замучил совсем своими мытарствами.
— А ходить вокруг хижины Эмины каждую ночь — не мытарство, по-твоему?
Сешиэль опустил голову и не ответил. Потом оба брата поднялись и пролетели мимо меня.
Тариэля тянет ко мне! Ведь они обо мне разговаривали?
О, боги, боги!
Мурлыча про себя от счастья, отправилась досыпать.
— Лиарочка, дорогая, могу я с тобой поговорить?
— Да, минутку, только вещи разберу, — королева застала меня зарывшейся в гардеробной. Решив перепроверить одежду, присланную от Эмины, утро провела среди платьев и коробок с обувью. Завтракала и обедала я в спальне, сославшись на головную боль. Арика сочувственно предложила капли от похмелья, но я с негодованием отказалась.
У меня просто так голова болит, сама по себе, а не из-за той бутылки вина с Алектой… Кому я вру? Поначалу я даже сомневалась в реальности ночного спарринга двух братьев-демонов, но Арика сообщила, что Тариэль отбыл по государственным делам на два дня.
