празднике равноденствия. В руках у меня была черная роза, откуда это известно Грегори? И почему мой силуэт рядом с демоном? Он был там, видел мой танец? Демон рядом пристально смотрит вперед, на тени. Что он чувствует? Удивление? Негодование? Тени вновь сгущаются и расступаются, на этот раз в центре тень зеркала. С одной стороны в него глядится девушка, с другой — демон. Девушка расчесывается и в задумчивости проводит пальцем, очерчивая рот, демон на той стороне вздрагивает и нерешительно подносит руку к своим губам.
Хвост Тариэля вздрагивает и замирает. Я перевожу взгляд на лицо демона, пытаясь понять, правда ли то, что рассказывают тени? Тариэль сидит, согнув ноги в коленях и сложив на них сцепленные руки. Его сощуренные глаза, кажется, буравят Грегори.
Тени продолжают представление. Девушка спит в кровати под круглым балдахином (именно такой был у меня в Эндоре), демон завис около неё, придерживая рукой легкую материю, чтобы видеть лицо спящей.
— Это уже слишком, — шепчет Тариэль, сидящий в профиль ко мне, и поводит пальцами.
Тут же тени меняют свои очертания. Два силуета — мужчины и демонессы — склонились над книгой, в руках у них какие-то предметы, мужчина переписывает на длинный листок, а демонесса окропляет его своей кровью.
— Интересное представление, да? — вскакивает с подушек Ида и рассеивает тени.
Она улыбается и грозит пальчиком Тариэлю.
Грегори хмурится и уходит во дворец, за ним направляется красная демонесса.
— Лиа, — подходит ко мне растерянный брат, — извини, что не сказал… Я не думал тогда… А когда вы обручились с демоном, уже не было смысла…
— Ой, и все? — разочарованно вздыхает мама. — Я не поняла: демон с девушкой в конце-концов вместе или нет? Такая любовь!
Королева Илария мечтательно прикрывает глаза, прислонившись к плечу мужа. Мой отец задумчиво хмурит брови. Алекта с Лотиэлем сидят в сторонке ото всех, думаю, они и половины действа не видели — Лотиэль увлечен животиком Алекты: гладит и что-то шепчет будущему малышу. Сешиэль подходит к Тариэлю и хлопает его по плечу, и с видом ‘я же говорил!’ уходит следом за Грегори.
Все встают с импровизированных зрительских мест и покидают сад. На подушках остаемся сидеть мы: я и демон. Если бы на моем месте оказалась та же Карлисия, ночной сад не был бы настолько тих, а горы вместо шума ночных животных и птиц эхом отражали бы её истеричные выкрики и рыдания. Но я — это я, и мы сидим молча.
— Лиа, — начинает Тариэль и тут же смолкает.
— О чем вы договаривались с Ирданом?
— Спрашивал его, кто та бесстрашная девушка, подарившая мне поцелуй.
— А мой танец с розой?
— Я был на празднике в вашей Академии.
— У постели… что ты делал у моей постели?
— Смотрел, — усмехается демон, — всего лишь смотрел…
— Тогда, когда я расчесывалась, — закусываю губу, чтобы не передумать, и сказать правду, — около зеркала… я вспоминала поцелуй рыжего демона.
— В тот момент я снова почувствовал твой поцелуй, — Тариэль полностью поворачивается ко мне, и я вижу свое отражение в его темных глазах, — и с тех пор мы связаны, Лиа. Эта метка на моем крыле — действительно, всего лишь метка твоей клятвы магией. Связь между нами старше, ей больше, чем неделя.
— Но… я же ничего не чувствовала! Хочешь сказать, что ты четыре года не дрался, не спарринговал, и даже нечаянно пальцы не резал?
— Милая, я архидемон, — он отводит прядку волос с моего лица и чуть дует на неё, чтобы отлетела в сторону, — пусть я не смог разорвать эту связь, но ослабить ее мне под силу. Тем более с чужой невестой.
— Не понимаю… К чему было то представление в библиотеке? И что ты делал под моими окнами?
— Лиа, я ведь объяснял тебе, каким образом оказался в той части вашего парка! А в библиотеке… Знаешь, хотел разорвать эту странную демонову связь! Наивный, сколько древних книг перечитал, чтобы найти ритуал её расторжения! Оставалось лишь услышать от тебя чистосердечное ‘уходи’ и произнести одно-единственное ‘relicto’, и всё! Понимаешь? Ты бы счастливо жила с Алексом, и не догадывалась о том, что было!
— А ты? …
— А я бы освободился от тебя, — он опустил голову и тихо добавил, — наверное…
— Почему ты не попросил меня об этом? Тогда, при встрече?
— И упустил бы свой шанс? Да я до последнего надеялся, что ты узнаешь меня, что причиной твоего согласия на брак, станет твое признание! — хвост демона рассерженно метнулся в сторону.
— Ах, это у вас, демонов, так надежда выглядит! Извини, не знала, что значения слов: ‘сплавить с рук вздорную и взбалмошную старую деву’, переводятся как ‘Лиария, дорогая, вспомни меня’!
— Что мне оставалось? После того поцелуя, я видел
