Ключ Времен

их в какую-то длинную однотонную ноту.
Между тем Перворожденный повернулся к Сварту спиной и, подняв руки, принялся произносить заклинание. Слова лились с губ легко, рисуя в центре площадки в нескольких шагах от возвышения нечто, напоминающее ворота. Казалось, прямо из воздуха лепятся высокие полупрозрачные столбы, на которых держатся столь же призрачные створки.
По ушам ударил низкий гул, отчего куница поморщилась. Неизвестно откуда взявшиеся молнии с громким треском вспарывали пространство за прозрачными вратами.
Над головами Олега и Сварта с глухим гулом образовалась черная воронка, берущая начало над воротами.
Наконец Перворожденный закончил произносить заговор и резко обернулся к привязанной жертве, вперив в нее налитые кровью и горящие алчным торжеством глаза — так, что Сварт невольно отшатнулся.
— Скоро все закончится, — рассмеялся Перворожденный. — И не будет дороги назад ни для тебя, ни для меня. Середин поднял рукав длинного, ярко-алого с черным воротником балахона и медленно поднес острие кинжала к запястью. Холод металла на миг коснулся руки, и показались крупные капли крови. Повелитель Олег перевернул руку и дал крови свободно стекать на пол. И только тогда Сварт обратил внимание на узкие неглубокие желобки, что начинались у ног повелителя и его жертвы и упирались в призрачные створки врат.
Тяжелые капли образовали тоненькую струйку, устремившуюся по желобку, и Сварт проводил ее напряженным взглядом. Все меньше и меньше времени оставалось у них обоих.
Но вот кровь коснулась призрачных створок, и словно по невидимым артериям устремилась вверх. По мере того, как всасывалась багряная влага, ворота обретали объем, становились все более реальными.
Наконец к Олегу приблизился один из демонов и чистой полоской ткани туго перетянул порез. И когда он с поклоном отошел, повелитель медленно поднял глаза на Сварта.
— Теперь твоя очередь послужить Темному отцу, предатель.
Двое демонов выросли рядом с ратником, будто из-под земли, подняли рукав его рубахи и услужливо протянули открытую руку жертвы под кинжал Олега. Сварт попытался было дернуться, но сразу же почувствовал холод клинка у своего горла и замер. Он почти не почувствовал прикосновения невероятно острого клинка. Но когда скосил глаза, то увидел, что желобок у его ног окрасился в алый цвет, а к вратам устремился ручеек его крови:

Молнии все чаще били в напоенные кровью врата, оглушая стоящих вокруг демонов.
И вдруг полнейшая тишина обрушилась на застывшие фигуры многотонной глыбой.
Сварт, словно завороженный, наблюдал, как створки врат приходят в движение. По полу, быстро расползаясь по площадке, потянулись щупальца пугающего алого тумана, а в проеме проступил темный тоннель, окрашенный багровыми всполохами.
Взгляды всех присутствующих обратились на него.
Между тем врата открылись едва ли наполовину и замерли. Туман всколыхнулся, словно снизу потянуло сильным сквозняком. И перед пораженными зрителями сквозь пелену начавшего рассеиваться тумана проступили очертания демона
Куница, ловко цепляясь коготками, взобралась на плечо Олега и заорала в самое ухо:
— Проснись, ведун! Пора вставать, хватит править миром, нужно спасать его!
Но тот даже не обратил на зверька внимания. Все силы его уходили на поддержание заклинания, и малейшая помеха могла все разрушить.
Куница раздраженно пискнула. Что же делать? И тут ее взгляд упал на ухо повелителя. Она злорадно оскалилась и что было сил впилась в мочку уха, да так и повисла на нем.
Никто не заметил, что взгляд Олега погас, он тряхнул головой, огляделся осмысленным человеческим взором, схватился за ухо:
— С ума сошла?
Затем ведун поднял руку и сжал змейку, присосавшуюся к запястью. Та с недовольным шипением выгнулась, ловко спустилась по его руке к навершию посоха и замерла там, обвивая сапфир.
Багровая рогатая морда с круглыми черными глазами повернулась к Сварту и вперилась в него, как показалось Олегу, заинтересованным взглядом.
— Так-так, — пророкотал демон. — Значит, ты — отступник?
Бывший дружинник замер, не в силах отвести глаза от нависшего над ним чудовища.
— Следуя древней традиции, я должен спросить у присутствующих: есть ли здесь кто-то, кто может сказать слово в защиту отступника?
Тишина повисла в зале. Она обволакивала всех присутствующих, как густой кисель. Сварт закрыл глаза в ожидании неизбежного.
— Я скажу слово в защиту отступника!
Головы всех присутствующих обернулись на голос. Сварт, не веря своим ушам, медленно открыл глаза и посмотрел на