Ключ Времен

усыпанное огромными валунами, но тем не менее засеянное репой, и по петляющей меже вышли на дорогу.
— Куда теперь? — поинтересовался Олег, посмотрев сперва в одну, потом в другую сторону. И там, и там желтая пыльная полоса скрывалась за подозрительно близким горизонтом.
— Туда, — указал влево Сварт. — Ведь справа от нас было море, правда?
— Наверное, да, — согласился Середин, после пути вдоль петляющего ручья несколько утративший ориентацию. — Интересно, а коней здесь купить можно?
За последние годы Олег настолько привык путешествовать в седле, что от пешего перехода в половину дня У него начали болеть ноги.
— Не знаю:
Дружинник остановился, глядя на стремительно приближающихся по дороге путников. Странные темные фигуры, укутанные с ног до головы в длинные балахоны, будто скользили по воздуху, не касаясь земли. На головы их были наброшены капюшоны так, что виднелись только белые бороды.
— Проклятие! — Сварт толкнул Андрейку себе за спину, рванул из ножен меч. Олег, пока еще не понимая, в чем дело, последовал его примеру.
Между тем фигуры приблизились и почти одновременно откинули капюшоны костлявыми бледными руками, показавшимися из широких рукавов. Тонкие пепельно-серые лица, на которые падали белые волосы, и узкие раскосые глаза с увеличенными во всю радужку зрачками создавали отталкивающее впечатление. Крест на запястье начал стремительно раскаляться. В руках уродцев неведомо откуда выросли клинки.
— Х-ха! — без всяких предисловий смахнул мечом в сторону вражеское оружие Сварт и обратным выпадом попытался снести голову крайнему врагу. Тот поднынул под клинок, попытался нанести укол в грудь — дружинник, повернувшись боком, пропустил его мимо:
Что было дальше, Олег не видел, поскольку правый урод, ловко парировавший удар сабли, перешел в нападение и стал рубить ведуна, словно дерево, сверкая клинком то справа, то слева. Середин, с тоскою вспоминая оставшийся на гнедой щит, еле успевал перекидывать туда-сюда саблю и пятился шаг за шагом. Надежда была только на то, что противник скоро выдохнется: невозможно же махать тяжеленной железякой непрерывно! Рано или поздно ему потребуется передышка, и тогда Олег быстро продемонстрирует преимущество более легкой сабли.
Однако пока что уродец напирал, отгоняя ведуна дальше по дороге. Олег ощутил легкое прикосновение к локтю и, повинуясь наитию, громко вскрикнул, качнул саблей в сторону. Бородатый внешне никак не отреагировал на предполагаемую рану жертвы, однако все же чуть расслабился, вскинул меч высоко над головой, намереваясь разрубить Середина одним ударом — и ведун стремительно, со всей силы рубанул его наискось по беззащитному животу. И: И ничего! Легкая ткань балахона без труда выдержала скольжение остро отточенной стали, никак не повредившись. Пепельный урод лишь немного попятился от толчка и опустил оружие. Короткая передышка позволила бросить взгляд на дружинника — Сварта тоже теснили, прижимая спиной к камню. Его противники оказались такими же быстрыми и неутомимыми, как и он сам.
Пепельный снова ринулся в атаку. Олег отбил один выпад, другой — и внезапно уродец отступил. Ведун увидел, как меч дружинника, описав короткую дугу, упал на дорогу, Сварту тут же досталось два удара: один — оголовьем рукояти в живот, другой — мечом плашмя по голове. Глаза ратника потухли, он начал падать — но его подхватили под мышки и стремительно поволокли прочь. Ни мальчик, ни Олег уродцев не заинтересовали, и через несколько мгновений путники остались одни.
— Кто это был, почему напали, ведун? — спросил Андрей.
— Надеюсь, мы сможем это узнать, — перевел дух Олег, вернул саблю в ножны и подобрал с дороги меч. Подумал, протянул княжичу: — Держи. Храни его, Андрей. Отдашь Сварту, когда мы его найдем.
— Они ушли? — услышал ведун, выдернул оружие и закрутил головой. — Да не, я не нападать, я друг ваш.
Из-за высокого валуна выступил мужичок в длинной, рваной до безобразия рубахе и заплатанных штанах. Косматые волосы и борода так густо покрывали лицо, что на виду оставались только нос да глаза, которые с любопытством разглядывали Олега. Мужик отпихнул камень босой ногой, поросшей густым рыжим волосом, и поскреб объемное пузо.
Олег с некоторым трудом сел, стряхнул с рубахи пыль и опавшие листья. Саблю он все так же сжимал в руке, и ведун вогнал ее в ножны с таким остервенением, словно это она была виновата в случившемся. Поднял взгляд на странного гостя.
— Что глядишь, ведун? Дырку прожжешь.
— Что-то не припомню, когда представлялся тебе, человече.
— Верно. — Мужик уселся прямо в пыль. — Мы с тобой дружбы не водили. Но встретиться однажды пришлось.