— Я полагаю, молодежь слегка подзабыла, что мы, прежде всего, говорим о Ключе, носителе уникальной Силы, способной управлять Источниками, а не обычной девице, — холодно заметила она.
— Все эти разговоры о Ключе я считаю преждевременными, — ловко вставил Казимир, воспользовавшись молчанием Совета. — Силы так и не вернулись к девушке, а по сему есть вещи куда более важные, чем бывший Ключ.
— Думаю, мы сами в состоянии убедиться, есть Сила в Ключе или нет, — раздраженно бросил Кериан Гром. — Девушка должна предстать перед Советом, тем более что она уже здесь. — Глава Совета понимающе переглянулся с Заренталем и после этого перевел взгляд на Казимира Альбабрада, но ректор даже бровью не повел. — А уже после — решим ее судьбу.
***
Мила осторожно спустилась по скользкой винтовой лестнице, ведущей в тюремный подвал. Именно здесь можно было ощутить, насколько дырявы карманы у Ковена. Несмотря на регулярные поборы, в том числе и на благоустройство темниц, здесь было сыро и холодно, пахло плесенью и крысиным пометом, зато сами грызуны были отменные — толстые, лоснящиеся, борзые до невозможности. Одна из таких, пробегая из одной камеры в другую, не то, что не испугалась девушку с факелом, а, встав на задние лапки, с видом надзирателя оглядела ее, и также неторопливо продолжила свой путь.
Почти все камеры были пусты, лишь изредка девушка замечала слабые движения где-то в глубине камер, у самой стены, но по большей части, это были крысы, рывшиеся в какой-то ветоши. Мила старалась не думать, чем или кем прежде была эта ветошь.
Наконец, ей удалось отыскать камеру Неверталя — надежная каменная кладка, массивная дверь, покрытая клепаным железом и маленькое-маленькое окошко, больше напоминавшее прорезь для глаз. Заглянув в него, девушка поначалу ничего не увидела, кроме копошащейся тени в углу. Неужели опять крысы? Но ведь эта камера последняя…
Собравшись, Мила крепко сжала руки в кулаки и неуверенно назвала Неверталя по имени.
— Грай. Грай Неверталь, это ты? — Тень злобно хмыкнула в ответ. — Значит, ты, — равнодушно заключила Мила и, вставив ключ в замок, несколько раз повернула его до щелчка.
Огромная дверь неохотно, со скрипом приоткрылась, и девушка протиснулась в темницу. Факел тут же осветил каждый уголок небольшой камеры, разогнав все тени. Тут Мила увидела ее узника и едва не выронила факел из рук. Он был седой, седой как лунь, тощий как щепка, даже глаза… прежде они были карими… или темно-зелеными? теперь же желтоватыми. Как будто из него всю жизнь кто-то разом вытянуть пытался.
— Что вытаращилась, дура? Пришла позлорадствовать? — злобно бросил он, даже не пытаясь подняться с клочка соломы, на которой сидел. Руки его были надежно связаны веревкой, а одна нога прикована к стене толстенной цепью.
— Соскучилась, — не удержавшись, огрызнулась Мила. — Пришла полюбоваться! Кто тебя так?
Неожиданно Грай рванулся вперед и схватил ее за горло. Девушка почувствовала, как, едва коснувшись ее кожи, цепкие пальцы Неверталя дрогнули, и удушающая схватка пропала. Теперь он просто держал руки на ее шее, даже не пытаясь давить.
— Ты… — срывающимся шепотом проговорил он. Его пальцы коснулись нежных завитков на ее затылке. — Это все ты…
Сердце Наверталя билось сильными, гулкими толчками, он ошалелым взглядом ловил малейшие движения ее лица. На мгновение Эмилию захлестнули страх и паника. Она никак не ожидала, что цепь окажется такой длинной, а арестант — таким резвым. Мысленно обозвав себя дурой, Эмилия заставила себя успокоиться и равнодушно посмотреть ему в глаза. В конце концов, девушка не переставала сжимать в руке горящий факел, и, в крайнем случае, могла бы добавить Неверталю загара с хрустящей корочкой.
Между ними не было даже пяди, они стояли лицом к лицу и все, что она могла видеть — это его огромные, зияющие чернотой, зрачки белесых глаз. Кажется маг, даже не знал, точнее, не мог выбрать, какую расправу бы сейчас учинить: просто придушить, сломать шею, или придумать что-нибудь изощренное.
— Пусти, — спокойно произнесла она, вздернув подбородком и отступив назад. От ее внимания не ускользнуло, как он едва уловимо потянулся к ней и тут же резко отпрянул, отдернув руки.
— Это все из-за тебя, — сдавленно произнес он, отходя в свой угол. — Из-за тебя я оказался здесь.
— А мне казалось, что из-за собственной глупости и гордости, — ровным голосом заметила Мила. — Ты сам избрал свой путь. Сам пришел к Темным и стал служить им, никто не заставлял тебя.
— Хм, да что ты об этом знаешь?! — горько хмыкнул Неверталь. — Что ты знаешь обо мне?!?
— Немного, — ответила Мила, — лишь то, что отчего-то ты ненавидишь
