Профессиональный вор Майкл Сент-Пьер давно отошел от дел, но смертельная болезнь любимой жены заставляет его согласиться на последнее задание. Где хранится одна из величайших христианских реликвий? И кто сказал, что музейные экспонаты представляют чисто академический интерес? Что сильнее — вера или отчаяние, любовь или страх? Линии многих судеб сходятся у затерянной в глуши крохотной старинной церквушки, где героям предстоит сделать главный выбор.
Авторы: Ричард Дейч
— Майкл, что происходит?
— Все оказалось не совсем таким, каким выглядело со стороны, — пробормотал Майкл, обращаясь не столько к Финстеру, сколько к себе самому. — У всех на виду. Так просто. Ну почему я не догадался раньше?
— О чем это вы?
Голос Финстера ощетинился жесткими иглами.
— Мне нужно было начать с самого начала. — Внезапно все встало на свои места. — Увидимся через пару дней.
Майкл рассеянно отключил телефон, обрывая возражения Финстера.
Стены были покрыты шедеврами росписи цветными мелками. Яркие облака и собаки, человечки и цветы. Дженни Буш принесла рисунки из школы. Узнав, что Мэри «немного простудилась» и не вернется до летних каникул, ребята постарались вовсю. Многие плакали. Казалось, в классе нарушилось какое-то внутреннее равновесие, ведь Мэри была центром притяжения, общим родителем для всех малышей. Она заклеила принесенными пестрыми рисунками бледные стены в надежде не только скрыть стерильную атмосферу больничной палаты, но и чувство полной беспомощности, прочно поселившееся у нее в сердце.
Мэри сидела в кресле, полностью одетая, и делала вид, что читает. Ей пришлось уже пройти через множество тестов, но такого еще не было. Лечение не просто истощало ее силы, оно убивало волю. Она с нетерпением ждала возвращения Майкла, надеясь, что он станет катализатором, который ускорит ее выздоровление.
— Привет, Мэри, — послышался тихий шепот.
Мэри отреагировала не сразу, погруженная в мысли, которые не имели ничего общего с книгой на коленях. Шепот прозвучал ближе:
— Привет!
Мэри испуганно вздрогнула, но от страха не осталось и следа, когда она увидела лицо.
— Поль! — Ее улыбка была искренней.
— Ты выглядишь ужасно. — На самом деле Буш опасался, что она будет выглядеть еще хуже. — Как ты себя чувствуешь?
— Прилично. На самом деле врачи любят поднимать много шума по пустякам.
Нагнувшись, Буш поцеловал ее в щеку. Он примчался в клинику прямо с работы; его костюм был помят, галстук сбился набок, но ему хотя бы хватило времени причесать непокорные волосы.
— Ты должна поскорее возвращаться домой. Дженни меня просто с ума сводит; мне нужно, чтобы ты положительно влияла на нее, заставляя хотя бы изредка смеяться.
— У тебя у самого это неплохо получается.
— Да, но она смеется надо мной, а не вместе со мной. Я принес тебе печенье и журналы.
Поль положил на край стола объемистый пакет.
Стопки книг и журналов росли, на столе уже почти не оставалось места. Мэри с грустью подумала, что ей потребуется целый год, чтобы прочитать все.
— Спасибо. Как Дженни?
— Обезумела, — невесело признался Буш. Он обвел взглядом рисунки. — У тебя много поклонников.
— Да, это мои сорванцы.
Последовало долгое, неуютное молчание. Буш притворился, что внимательно разглядывает каждый рисунок.
Закрыв книгу, Мэри собралась с мыслями и улыбнулась.
— Еще раз огромное спасибо за то, что ты помог Майклу, разрешил ему отправиться на юг.
Буш резко обернулся.
— Знаешь, из всех правил есть исключения.
Его убивала мысль, что Майкл солгал Мэри. Ему не хватало духа сказать ей, что Майкл покинул пределы Соединенных Штатов.
— Я даже не знаю, как мы сможем тебя отблагодарить.
— А ты просто поправляйся скорее.
— Обещай, что, когда Майкл вернется, мы поужинаем вместе все вчетвером. Договорились?
Буш осторожно прикоснулся к руке Мэри; ему потребовалось сделать над собой усилие, чтобы улыбнуться. Вопреки всему он надеялся, что Мэри правильно истолкует его нежную улыбку и прикосновение и не станет задерживаться на этом вопросе. Он не мог дать на него ответ, но не мог и солгать.
Мэри уселась в кровати. Все время, пока у нее был Буш, ей с трудом удавалось держать глаза открытыми. Он всегда присматривал за ней, особенно когда Майкл сидел в тюрьме. У Поля это получалось легко и естественно, она никогда не стыдилась его внимания. Когда он ненавязчиво попросил передать ему контроль за условиями досрочного освобождения Майкла, это удивило и Мэри, и Дженни. Буш помог Майклу встать на ноги, они стали близкими друзьями; о большем Мэри не смела и мечтать. Она была благодарна судьбе за то, что Поль Буш занимал такое большое место в жизни ее мужа.
Бескрайнее поле в затерянной глуши. Насколько хватает взгляда — жесткая щетина выжженной на солнце травы. Вдалеке небольшая горная гряда. Взобравшись на пригорок, Майкл бросил на землю матерчатый рюкзачок, оглядывая окрестности.
