Профессиональный вор Майкл Сент-Пьер давно отошел от дел, но смертельная болезнь любимой жены заставляет его согласиться на последнее задание. Где хранится одна из величайших христианских реликвий? И кто сказал, что музейные экспонаты представляют чисто академический интерес? Что сильнее — вера или отчаяние, любовь или страх? Линии многих судеб сходятся у затерянной в глуши крохотной старинной церквушки, где героям предстоит сделать главный выбор.
Авторы: Ричард Дейч
приговор, болезнь набросилась на нее с удвоенной яростью.
Поэтому Майкл провел последний час, лежа рядом с женой.
— Всего на несколько дней, — прошептал он, видя, что она засыпает.
Мэри ничего не ответила, даже не пошевелилась. Возможно, это было и к лучшему. Майкл продолжал тихим голосом:
— Ты мне так нужна… я думал, что спасаю тебя… но в действительности только все испортил. И вот сейчас мне нужно исправить свои ошибки… — Он нежно прикоснулся ладонью к ее лбу. — Я прошу только об одном: верь мне.
Не открывая глаз, Мэри пошевелилась и слабо пожала Майклу руку. Уткнувшись ему в шею, она обвила его руками и едва слышно прошептала:
— Я всегда буду тебе верить.
— Никто ничего не говорил о том, что придется околевать от холода, — проворчала Джейн Арлидж, порывисто потирая руки, чтобы согреться. Никто не предупредил ее о том, что в конце июня может понадобиться свитер. Когда ей па прошлой неделе выдавали новенькую синюю форму, можно было бы добавить и что-нибудь теплое.
— Пятьдесят два градуса по Фаренгейту,
всего пятьдесят два холодных, ледяных градуса.
Самоуверенная девушка-полицейский сидела перед целой стеной видеомониторов — всего их было не меньше тридцати. Каждый монитор был аккуратно подписан, на каждом экране закреплен лист кальки с подробным планом внутренних помещений, по которым перемещалась маленькая зеленая точка. А внизу статусная строка с фамилией и идентификационным номером.
Джейн Арлидж пришла в управление прямиком из полицейской академии, решив сразу окунуться в работу, в отличие от остальных выпускников, которые, перед тем как посвятить жизнь борьбе с преступностью, устроили себе небольшие каникулы. Она сидела в просторном помещении без окон. Вдоль дальней стены высились ряды компьютерных системных блоков. На полу свивались в кажущемся беспорядке бесчисленные провода, а на терминалах мигали зеленые, голубые и красные лампочки. Здесь имелся в наличии лишь один стол, предоставляющий хоть какую-то степень комфорта, и кожаное кресло с высокой спинкой, в котором сейчас сидела Джейн, закоченевшая до смерти, — оно на целый порядок превосходило по удобству холодные металлические табуреты у рабочих станций. Вычислительный центр полицейского управления Байрем-Хиллз был холодным не только с виду — здесь в буквальном смысле царил ледяной холод. Пятьдесят два градуса по Фаренгейту, температура, предписанная производителями компьютеров и научно-техническим отделом управления полиции. И бедную девушку-новобранца, которой выпало дежурить здесь, неизбежно ждала простуда, которая продлится в течение всего жаркого лета.
Мониторы, на которые таращилась Джейн, были закреплены за преступниками, ожидавшими суда, тюремной камеры или окончания срока наказания. Домашнего ареста, который обеспечивал сексуальный браслет на лодыжке, удостаивались только те, кто представлял наименьшую социальную опасность. Те, кто мучился сознанием вины, кто раскаялся; вероятность того, что они подадутся в бега, была неизмеримо мала. Черт побери, на самом деле в браслете не было никакой необходимости; он служил лишь постоянным напоминанием о том, что за человеком наблюдают. Джейн это прекрасно понимала, поэтому за мониторами следила довольно рассеянно. Она захватила с собой пару детективов, как и посоветовал ее сменщик, — жаль, что он забыл подсказать ей, чтобы захватила самый теплый свитер, — однако пока что все ее внимание было приковано к свежему кроссворду.
Услышав сигнал тревоги, Джейн едва не свалилась с кресла. Пронзительный гудок донесся от двадцать седьмого монитора. Маленькая зеленая точка на нем погасла.
— Нет, нет, нет, нет, нет, нет! Проклятье!
Роняя книги и газету на пол, Джейн сорвала трубку телефона, однако не успела она набрать номер, как точка снова появилась на экране.
Тем не менее Джейн все же решила позвонить.
Ей ответили после трех гудков.
— Алло?
— Мистер Сент-Пьер? — с дрожью в голосе спросила она.
— Да, а в чем дело?
От нахлынувшего адреналина у Джейн все еще кружилась голова. Что это было, компьютерный сбой? Или она в первый же день работы совершила ошибку?
— Отдел наблюдения за условно-досрочно освобожденными полиции Байрем-Хиллз. Кажется, мы на некоторое время потеряли ваш сигнал.
— Извините. Я спускался вниз за почтой.
Джейн облегченно вздохнула.
— Должно быть, связь пропала в кабине лифта, — рассудила она. В ее голос вернулись властные нотки, — Вы должны предупреждать нас каждый раз, когда покидаете пределы квартиры.
— Хорошо. Извините. Для меня все это еще внове.
