Книга кладбищ

хватит ли у него сил запустить им в старьёвщика так, чтобы тот не погнался за ним.
— Их там уже двое, — сообщила Лиза. — Если один тебя не схватит, то другой — верняк. Хотят заставить тебя показать им, откуда ты взял брошку, а потом раскопать могилу и забрать остальные сокровища.
Она не сказала, о чём ещё они там говорили, и не упомянула визитку. Покачав головой, она спросила:
— Зачем тебя вообще сюда понесло? Ты же знаешь, что с кладбища нельзя уходить. Вот, пожалуйста — сам напросился на неприятности.
Ник почувствовал себя ничтожным и глупым.
— Хотел достать для тебя надгробие, — тихонько признался он. — Я подумал, что нужно много денег. Вот и хотел продать брошь.
Лиза в ответ промолчала.
— Сердишься?
Она покачала головой.
— Ради меня целых пятьсот лет никто ничего не делал, — улыбнулась она своей гоблинской улыбкой. — Как я могу сердиться на доброту?
Затем она добавила:
— А как ты пытаешься раствориться?
— Как учил мистер Пенниворт. «Я — пустая аллея, я — открытый дверной проём; я — пустота, глаза тебя не видят, умы не постигают; где я — нет ничего и никого». Только у меня не получается.
— Это потому что ты живой, — фыркнула Лиза. — Всё это работает для нас, мёртвых. Для тех, кому ещё постараться нужно, чтобы нас заметили. Для живых это и не должно работать.
Она крепко обхватила себя руками и принялась раскачиваться взад-вперёд, словно в тяжёлых раздумьях. Затем она произнесла:
— Это ты из-за меня вляпался. Подойди ко мне, Никто Иничей.
Ник шагнул к ней, и она коснулась его лба своей холодной рукой. Ощущение было, как от мокрого шёлкового платка.
— Ну-ка, — произнесла Лиза, — попробую тебе помочь, авось получится.
Она принялась что-то бормотать себе под нос. Ник не мог разобрать ни слова. Затем она громко и чётко произнесла:
— Будь ветром, ночью, сном, мечтой,
Дождём, желаньем, пустотой.
Скользя, невидимым пройди
И позади, и впереди.
Что-то огромное коснулось его, и провело по нему с ног до головы, так что он вздрогнул. Его волосы поднялись дыбом, а по коже побежали мурашки. Что-то изменилось.
— Что ты сделала? — спросил он.
— Просто помогла тебе, — ответила Лиза. — Я, хоть и мёртвая, а всё-таки ведьма, не забывай. А мы всё помним.
— Но…
— Тссс! — прошептала она. — Они возвращаются.
Раздался лязг ключа в замке.
— Ну что, узник, — послышался незнакомый Нику голос, — давай дружить.
С этими словами Том Хастингс открыл дверь. Он остановился в проёме и огляделся. Это был исполинских размеров мужчина с огненно-рыжими волосами и красным носом, выдающим в нём любителя выпить.
— Слышь, Абаназер? Ты же говорил, что он здесь?
— Ну да, — подтвердил Болджер из-за спины.
— Так я его что-то не вижу.
Болджер заглянул в комнату из-за спины рыжего.
— Спрятался, — сказал он, уставившись ровно туда, где стоял Ник. — Прятаться бесполезно, — громко добавил он. — Я тебя вижу, выходи.
Они вместе ввалились в комнату, так что Ник оказался между ними. Он стоял неподвижно и вспоминал уроки мистера Пенниворта: ни на что не реагировал и не двигался, ускользая от взглядов мужчин, оставаясь незамеченным.
— Ты ещё пожалеешь, что не вышел сразу, — прошипел Болджер и захлопнул дверь. — Так, — он повернулся к Тому Хастингсу. — Держи дверь, чтобы он не ускользнул.
С этими словами он пошёл по комнате, заглядывая под вещи, неловко нагибаясь, чтобы поискать под письменным столом. Он прошёл мимо Ника и открыл шкаф.
— Всё, я тебя вижу! — выкрикнул он. — Выходи!
Лиза хихикнула.
— Что это было? — спросил Том Хастингс, озираясь.
— Я ничего не слышал, — сказал Абаназер Болджер.
Лиза снова хихикнула. Затем она вытянула губы и подула, издав звук, который поначалу был похож на свист, а затем превратился в подобие далёкого ветра. Электричество в комнате моргнуло, зажужжало — и потухло.
— Короткое замыкание, — сказал Абаназер Болджер. — Идём отсюда, мы зря теряем время.
В замке щёлкнуло, и Лиза с Ником вновь остались в комнате одни.
— Значит, всё-таки сбежал, — сказал Абаназер Болджер. Ник теперь слышал его сквозь дверь. — Подсобка крохотная, там негде прятаться. Мы бы его увидели, если бы он там был.
— Ох, некто Джек не обрадуется.
— А кто ему скажет?
Они помолчали.
— Слышь, Том Хастингс? А куда это брошка пропала?
— Чего? А-а. Вот она. Я её держал, для надёжности.
— В своём кармане? Для надёжности? Надёжное место, ничего не скажешь. По-моему, ты хотел вместе с ней смыться, да и всё. Хотел прибрать мою брошку к своим ручищам!
— Твою брошку, Абаназер? Твою? Надеюсь, ты хотел сказать — «нашу»