Наш современник, из числа бравых армейцев, «попадает» в тело светлоэльфийского князя? Ему дали много возможностей, но к добру ли это? Ведь архидемоны никогда ничего не делают просто так! Какую, все-таки, цель они преследуют?
Авторы: Снежкин Владимир Евгеньевич
сориентировался князь.
– И не более ста! – молниеносно предложила Шилол. – За этот срок ты успеешь нагуляться?
– Хорошо, – через длительную паузу согласился Палаэль.
– Отлично! – настроение Шилол вновь скакнуло вверх. Дроу умели ждать, тем более оговоренные сроки не были большими.
– Ты кажется чтото хотел сказать Сиралосе? – продолжила Шилол.
– Моей будущей невесте? – глаза Палаэля опасно сузились. – Конечно, хотел! И по той ситуации с Виоэль, и еще парочка моментов вспомнилась, не разобранных с предыдущих ее визитов в Лес! – с этими словами он сделал пару шагов вперед.
– Палаэль! – окликнула его Шилол, заставив чуть притормозить на пути к дивану, на котором стояла Сиралоса, затравленным зверьком смотрящая то на надвигающегося Палаэля, то на старшую жрицу, – напомню, что в твоем праве попытаться договориться со своей будущей женой, даже попытаться заставить ее изменить некоторые взгляды на жизнь. Но!
– Что НО?!? – нахмурился князь, не отрывая глаз от сжавшейся Сиралосы.
– Крайние меры, в виде убийства, неприемлемы, – вкрадчиво проворковала Шилол.
– Ооо, не волнуйся! Я не собираюсь никого убивать! Просто пообщаться хочу, – Палаэль мрачно пробежал глазами по Сиралосе, отчего та задрожала, – Отшлёпать бы ее как следует!!! Что бы знала…
– Так что тебе мешает? – воскликнула Шилол. – Ты же ее будущий муж!
– Как назло, ремня под рукой нет! – расстроенным голосом ответил Палаэль.
– Нашел проблему! – фыркнула она. – У нее и возьми! Ремень, на котором крепилась плеть. Помнится мне, что на данный момент плети у лошадки и нет, так что ремень теперь можно использовать в иных целях. Пока ей новую не дадут.
– Замечательно! – аж хлопнул в ладоши князь, уже ласково смотря в глаза Сиралосе. Та напряглась, приготовившись защищаться до последнего, но тут ее взгляд снова упал на Мать Шилол, знаками чтото показывающую ей за спиной подступающего Палаэля.
Таким языком жестов жрицы иногда пользовались у себя под землей, когда в абсолютной тишине пещер нельзя было говорить, чтобы не привлекать внимание дичи, если это была охота, или врага, если это был военный поход, совершавшийся в подземельях против гномов.
«Не вздумай сильно и долго сопротивляться. Мужчинам всегда нравиться власть над женщиной. Сдайся. Плачь побольше. Это заставляет их испытывать жалость. Помни приказ Ллос».
Из Сиралосы какбудто выпустили воздух.
– Пока вы находите взаимопонимание, мы с остальными жрицами пойдем, прогуляемся по дворцу, – Шилол пошла в сторону двери.
Остальные потянулись за ней, по широкой дуге огибая князя.
– ВЫ КУДААА??? Не оставляйте меня!!! – буквально взвыла Сиралоса, и попыталась проскочить мимо Палаэля, но была отброшена назад несколькими аурными жгутами.
– Ты куда собралась? – поинтересовался он. – Я сейчас тебя воспитывать буду, раз мама в детстве пренебрегала ремнем. Сама пятую точку подставишь?
– НЕЕЕТ!!!
* * *
– Мать Шилол, – обратилась к старшей жрице Раксалона, оглядываясь назад, в сторону комнаты, из которой начали доноситься визги Сиралосы, – А с ней все в порядке будет? Мы же оставили одну из нас…
– Все будет нормально, – с мечтательной улыбкой сказала Шилол. – Нет, ну вы видели его? Сииила! Дети от него нужны нам!
– Как вы ее назвали, Мать Шилол? Лошадкой? – рассмеялась жрица Таншалона, идущая рядом со старшей жрицей, припомнив ее слова. – Надо полагать, вы надеетесь, что сынок Исиля не станет откладывать дело в долгий ящик, и начнет объезжать эту лошадку уже сейчас? А там, глядишь, и дети появятся.– после этих слов рассмеялись все.
– Есть такая надежда. Я даже просигналила лошадке жестами, чтобы она не больно сильно брыкалась, пока ее… Ремнем шлепают! – всех разобрал новый приступ смеха, – и если в этот момент она догадается встать правильно, – продолжала Шилол, – то ремнем дело не ограничиться, и он ее «объездит» более основательно! Фигурка, с мужской точки зрения, у Сиралосы замечательная.
– А как же ее самолюбие? Он ведь растопчет его!
– Самолюбие не пострадает. Надо ведь учитывать, что Палаэль сильнее ее, и справится с ним у нее шансов просто нет. Вот если бы пришлось подчиниться тому, кто слабее… Тогда да. А так – пусть учится договариваться. Небось, хотела его на поводке держать? Изредка поколачивая?
– Ага! – Раксалона захихикала. – Хотела! А вы видели, как он преобразился, когда снял с себя маскировку? Внешне красивый! – она томно вздохнула. – Не то, что мой муж, вечно трясущийся от страха при виде меня. А этот гордый, сильный, красивый… Эх… Эльфийки, наверное, локти себе кусают, что
