Без малого тридцать лет прошло с тех пор, как голландский врач Абрахам Ван Хельсинг вступил в схватку с вампирами. За это время произошло много страшных событий: мир вампиров отнял у него малолетнего сына, погубил брата и подчинил своей воле жену. Но и у графа Дракулы, князя вампиров, потери немалые. А ведь каждый уничтоженный доктором вампир делает трансильванского затворника слабее. Но граф Дракула не намерен сдаваться. Он завладевает старинным манускриптом с описанием ритуала, сулящего мировое господство. Осталось лишь найти ключи, о которых упоминается в манускрипте. Поиски приводят князя вампиров в Англию… Переводчик: И. Иванов.
Авторы: Джинн Калогридис
Элизабет.
Улыбающаяся Элизабет отвлеклась от дела и повернулась ко мне. Глаза ее сияли, как у ребенка, которому не терпится поиграть с хитроумной игрушкой.
– Добро пожаловать в нашу маленькую подземную тюрьму, дорогая Жужанна.
От ее угрюмости не осталось и следа. Казалось, Элизабет искренне обрадовалась моему появлению. Она притянула меня к себе и крепко поцеловала в губы.
Я замерла в оцепенении и никак не реагировала на ее ласки. Я всегда ненавидела «театр смерти» Влада и его гнусное обыкновение жестоко и изощренно мучить своих жертв. Разумеется, я и сама не была невинной овечкой. Я убивала других, чтобы жить, не особо сожалея о загубленных душах. Но у меня никогда не было склонности к истязаниям. Достаточно того, что мои жертвы навсегда расставались с жизнью. Едва став вампиршей, я поклялась себе: смерть они будут встречать только в радостном и блаженном состоянии.
По большей части так оно и было. Поэтому, увидев орудия пыток и лихорадочный блеск в глазах Элизабет, я испытала панический ужас. До сих пор я считала ее доброй и благородной женщиной, способной на сострадание к тем, чья кровь служила ей пищей. Неужели я вырвалась из рук Колосажателя лишь за тем, чтобы стать верной спутницей жестокой садистки?
В ответ на мою холодность Элизабет весело засмеялась и обняла меня за талию.
– Жужанна, глупенькая, не бойся этих игрушек! Они – не более чем инструменты. Средства для достижения цели.
Прижавшись губами к самому моему уху (чтобы не слышали слуги), она шепотом добавила:
– Дорогая моя, любимая моя Жужанна. Со временем ты все поймешь. Не торопись делать выводы, пока не увидишь сама…
– Я не желаю ничего видеть, – сердито молвила я и высвободилась из ее объятий.
Больше никто из нас не упоминал о «пыточном подвале». Не хочу даже думать об этих ужасах, тем более что стоит мне вспомнить о Железной Деве или клетке с шипами, как все очарование лондонской жизни пропадает. А мне так хорошо в этом городе. Я люблю Элизабет. Сегодня вечером мы замечательно поужинали в ресторане, где познакомились с людьми из высшего общества: баронетом, лордом и их женами. Нам подали устриц, веллингтоновскую говядину
, сливочный бисквит и шампанское. Сказочное наслаждение!
Я пообещала себе, что не стану делать скоропалительных выводов относительно «игрушек» Элизабет, пока не увижу, для чего она их использует.
Трудно, конечно, вообразить, будто они могут служить каким-то добрым целям, но я все же должна доверять своей благодетельнице…
ДНЕВНИК ДОКТОРА СЬЮАРДА
21 июля
Побеседовав с Ван Хельсингом относительно своего пациента по фамилии Ренфилд, я согласился на сеанс гипноза, который профессор намеревается провести с этим «пожирателем живности». Почему-то личность и поведение Ренфилда заинтересовали профессора. Возможно, я делаю слишком смелое допущение, но мне кажется, что Ван Хельсинг усматривает какую-то связь между этим пациентом и… вампирами. Профессор находится здесь уже почти два месяца, но за все время лишь пару раз говорил со мной о своей «миссии», и то в весьма расплывчатых выражениях. Я до сих пор не могу убедить себя в том, что вампиры действительно существуют. Думаю, я по-настоящему поверю в это лишь в том случае, если получу неопровержимые доказательства.
Вчера я до позднего вечера раздумывал об этом несчастном «пожирателе живности» (или, если угодно, зоофаге) и никак не мог предположить, что мысли о нем будут иметь такие странные последствия. Отправившись спать, я моментально заснул и увидел необычайно яркий сон. Мне приснился Ренфилд, изрыгавший из себя окровавленных полупереваренных воробьев, кошек, крупных собак и даже… лошадь, которая выскочила из его глотки почти целехонькой. Вокруг него в воздухе плавало множество птичьих перьев, разрисованных кровью, причем узоры отличались необычайной прихотливостью, какую не встретишь в природе.
Неожиданно на Ренфилда упала чья-то громадная тень. Я сразу вспомнил о Тьме из своих предыдущих снов, о которых рассказывал профессору. Тьма окутала зоофага со всех сторон и поглотила. Сон поверг меня в неописуемый ужас. Он стал еще сильнее, когда я разгадал значение сна.
Тьма подобна Ренфилду, только вместо воробьев и бабочек она пожирает человеческие души. Тьма – пожирательница жизней. Она уничтожает людей: одного за другим, одного за другим. Ей не нужен Ренфилд. Она стремится поглотить Ван Хельсинга… и меня.
ДНЕВНИК АБРАХАМА ВАН ХЕЛЬСИНГА
24 июля
