Князь вампиров

я не решилась и быстро покинула дом, вздрагивая при каждом шорохе.

Это было вчера. Сегодня с утра Элизабет изводит меня своей заботой. Я сказала ей, что хочу поиграть с собакой и попугаем, и ушла. (Бедные создания! Как они дрожат в моем присутствии. Я говорю им ласковые слова, пытаюсь успокоить, но это вконец сбивает их с толку.) Пусть Элизабет думает, что я развлекаюсь. Я воспользовалась этой передышкой, чтобы подробно описать свое вчерашнее путешествие и прикинуть, как действовать дальше. Я больше не доверяю ни Владу, ни Элизабет. Как ни странно, я могла бы поверить Ван Хельсингу. Да, он способен причинить мне вред, но он не склонен обманывать. Если бы только я сумела его разыскать, то перед тем, как убить, я бы выведала у него все.

Не знаю, что ждет меня в ближайшем будущем. Видимо, мне опять придется пойти на риск, хотя это и смертельно опасно.

26 августа (продолжение)

После полудня у Элизабет заметно испортилось настроение. Как она ни пыталась сдерживаться, но все же сорвалась и почти накричала на меня. Спохватившись, она сунула мне в руку толстую пачку денег и почти выпроводила из дому «проехаться по магазинам».

Сердить Элизабет было бы глупо, поэтому я села в коляску, и элегантный кучер Антонио повез меня по лондонским улицам. Возле одного из модных магазинов я велела ему остановиться и ждать. Разумеется, я не собиралась ничего примерять и покупать. Едва войдя в магазин, я сделалась невидимой, и ветер понес меня к Хиллингему, до которого было совсем недалеко.

Я не рассчитывала застать жертву Влада одну, но знала, что девушка слишком слаба и вряд ли покинет пределы своей спальни. Днем Хиллингем выглядел куда привлекательнее: красная входная дверь, красные карнизы и белые кружевные портьеры придавали дому живой и даже веселый облик. На зеленой лужайке резвились щенки терьера – черный и шоколадно-коричневый. Их мамаша устало разлеглась в тени высокого ясеня. Рядом садовник возился с кустами душистых роз.

Больше всего я обрадовалась, обнаружив, что исчезли все признаки, указывавшие на визит Влада. Я не заметила даже слабого темно-синего свечения.

Я сразу же нашла вчерашнее окно и заглянула в комнату. Можно подумать, что жители дома обожали сырость и туман, но очень боялись солнца и теплого ветра. Окно спальни было плотно закрыто. Как я и ожидала, девушка находилась в постели. Обложившись подушками, она сидела и читала, едва ли не до подбородка натянув теплое одеяло. Она мне даже понравилась: светло-зеленые миндалевидные глаза, скуластое лицо и небольшой тонкий носик. Она чем-то напоминала грациозную кошку. На девушке было красивое зелено-голубое платье с вышивкой, его приглушенный цвет великолепно гармонировал с ее глазами. Она читала, совершенно не обращая внимания на горничную, усердно расчесывавшую юной леди ее длинные вьющиеся волосы. Днем солнце добавляло к их песочному оттенку золотистые искорки. В сочетании с платьем волосы казались островком посреди морского простора.

В спальню вошла еще одна служанка с подносом в руках, на котором стояла чашка с чаем и весьма скромный завтрак. Девушка вздохнула и покачала головой. Служанка молча поставила поднос на столик у кровати (мало ли, вдруг молодой хозяйке все-таки захочется подкрепиться).

Как только девушка осталась в одиночестве, я приблизилась к окну и слегка ослабила завесу невидимости, чтобы постучать пальцами по стеклу. Барышня не обманула моих ожиданий – она оторвалась от книги и с любопытством повернула голову к окну. Я постучала громче, потом еще громче и, подобно рыбаку, закидывающему невод, направила в комнату свое свечение. Главное было достигнуто: девушку одолело любопытство. Она медленно встала, столь же медленно побрела к окну (по пути она остановилась, закрыла глаза и поднесла ко лбу руку, словно у нее закружилась голова). Добравшись до цели своего путешествия, девушка с заметным усилием открыла раму.

Итак, меня приглашали войти. Я намеревалась впрыгнуть в ее спальню, как это вчера сделал Влад. Но едва я нагнулась, что-то загородило мне дорогу. Амулет! Возможно, он находился над окном или, наоборот, был спрятан под ним, но он жег мне кожу. С каждой секундой жжение усиливалось. Мне показалось, что я барахтаюсь в воде, отчаянно стараясь плыть, а в воду без конца льют кислоту. Я не выдержала и с криком отпрянула. Защитный барьер, окружавший меня, не пропускал звуков, однако девушка что-то почувствовала. Она недоуменно поморщилась и, прежде чем закрыть окно, высунула голову и огляделась.

Проделки Влада! Я отправила ему мысленное проклятие, но не отступилась от намерения проникнуть внутрь. Я подлетела к соседнему