понимаешь. У Всеслава то не городище, а так, село. Тут же совсем другое дело. А мне в непонятках быть никак невозможно.
— Да я чего, зараз. Спроси чего тебе не ведомо. Коль смогу, растумкаю.
— За язык не тянули. Оборот, чур не давать. — Поймал на слове соратника Вячеслав. — Первый вопрос такой. Кто такие отроки?
Симеон почесал в затылке. — Как — кто? Отроки они и есть. Вот скажем гридни и детские — те в главной княжеской дружине служат, на сечу идут, а отрок, тот в пир за столом стоит, дело, какое нужно, исполнит. В услужении, одно слово. Там и холопы, и из горожан, кто поплоше. И слова на вече им не дадено.
«Ага. — Сообразил Славка, — стройбат выходит. Ну и то ладно».
— Другой вопрос, друже. — Продолжил он дознание. — Ромейские монеты, франкские, там гульдены, знаю, а что это за узорчатые бляшки? — Вытянул он из рукава пригоршню медяшек.
— Ну ты, однако, сказанул. — Усмехнулся подкованный в товарно-денежных вопросах экс-разбойник. Тамга это по-ихнему, по-ордынскому. А по-нашему деньга, денюжка. А узор, это ордынские письмена как есть. Чего уж там, накручено, не знаю. Вот за одну деньгу на базаре куру взять можно, или хлеба каравай, за две гуся. Семь денег — короб ржи. А ты говоришь.
Славка хмыкнул. — Я ж не совсем дикий. Сколь что стоит, я понимаю, мне интересно, откуда то. Теперь ясно. А вот скажи мне сколь стоит воина снарядить?
Сенька хмыкнул. — Та тьфу. Две деньги на все. И шелом, и наручи, и меч плохонький, ну это пешему. Коняга, она ого-го. Два отруба, как вынь да положь.
Отруб? — Что то знакомое почудилось в слове неофиту.
Учитель оглянулся. Покопался за поясом. — Вот гляди. Он вынул брусочек серовато серебристого металла. Сребро то. Отруб как есть. Ты и не видал, поди? Мне тут случаем достался. — Вильнул взглядом разбойничек.
Такими в Орду дань везут. А басурмане, как налетят, тут же давай на свой лад визжать. Рубель, рубель. — Дескать, дань давай. Им отруб то ввек не промолвить, языком своим, поганым. Так и кличут рублем. Вот конь два таких стоит. Понял? То-то.
Славка подбросил на ладони тяжелый брусок. — «Так вот ты какой, рубль серпастый. Грамм двести, пожалуй. Да уж, интересно как все сплелось.»
— А что, князь сказал про постой? Как это? — решил прервать ликбез ученик.
— Какая изба глянулась, в ту и заходи. Окромя боярских, конечно. Ну, там еще княжьей дворни которые, туда тоже не сунься, а так в любую. Деньгу дашь, и живи себе. И кормиться там станешь. — Разъяснил, уже начавший привыкать к серости приятеля, атаман разбойничков.
Наконец ожидание закончилось. Ключник — Разодетый в барский кафтан служка, вынырнул из перехода. Окинул суровым взглядом новоприбывших, и тяжело вздыхая, повел в кладовую. Выданная нахальным холопом одежда, мало походила на справную. И все же Семка безропотно потянул узел к себе, но Вячеслав придержал его.
— Не годится так. — Выразительно глянул он на управителя. — Тебе князь что сказал? Добрую, а это, прости, рвань какая то. А ну как спросит? Я ведь завтра к нему пойду. Смотри, молчать не стану.
Ключник беззвучно пожевал губами. Видимо выказывая недовольство привередливым новобранцем. Но прикид заменил.
Ну вот, другое дело, — удовлетворенно заметил Вячеслав, разглядывая наряд. — А то.
Симеон, неуверенно покачал головой. — Ох, зря ты так с ним. Ты не смотри, что холоп. Ключник в княжьем хозяйстве муж не последний. А коль затаит, то и снаушничать не побрезгует. Наболтает с три короба воеводе, а то и князю. Тиун он и есть тиун.
Славка отмахнулся. — Коль каждого холопа бояться, то и в люди не выйти. Давай лучше наряд примерим, да на постой устраиваться будем.
Дрожа на утреннем холоде, переоделись. Ну а что, вовсе неплохо. — Пришел к выводу Вячеслав. Однако шубу я все же оставлю. Тимоша пока не отобрал, да так мыслю, не посмеет.
Новобранцы покинули княжеский терем, и направились к воротам.
— Так мыслю, далеко в посад ходить не след. — Подсказал опытный квартирьер.
Вячеслав согласно кивнул. — Конечно. На службу добираться всяко быстрее.
Семен хмыкнул. — Простой ты, хотя и ловчий. Там одна голытьба живет. А тут народец зажиточней. Здесь всяко лучше, чем в землянице, вшей кормить.
Они не спеша двигались по заснеженной улице. Дома, добротные, сложенные из бревен срубы дымили маленькими окошками.
Ну что бы им печку с дымоходом не сложить? — Недоумевая, пожал плечами Вячеслав. И тут же одернул себя. — В чужой монастырь со своим укладом лезть не годится. Тем более, сам печку только на картинке и видел.
Семен, припомнив, что-то кивнул на один из срубов. — Вот тут я и пристроюсь. — Кивнул он на дом. Знакомец бывший. А ты чуть дальше посмотри. — Посоветовал
