тогда как турнирный поединок изматывающее затяжное сражение. Не так просто, если вообще возможно, рассечь тяжелый доспех мячом. Здесь речь скорее идет о внутренних травмах и только в последнюю очередь о случайном ударе по жизненно важному органу. А уж как умеют, проводящие жизнь в походах и междоусобицах норманны работать с мечом, Славка догадывался.
К тому-же, что греха таить, не было у разведчика достаточного опыта и практики в этом. Однако, сомненья сомненьями, но сдаваться сходу боец вовсе не собирался.
Наконец, зазвучал стук барабанов, взревела собравшаяся на поляне толпа, и в свете громадных, ломающих все вокруг неровными тенями, костров, появился конунг. Переводить его крик было некому, да и сложно было не понять, что высказывает приемник сожаление по случаю скоропостижной кончины родителя, и клянется продолжить дело служения своему народу. Короткая панихида завершилась, и дикий вопль сообщил о появлении нового персонажа. Что говорить, соперник был хорош. Под два метра, в блестящей от всполохов огня кольчуге, островерхом шлеме, он вызывал, по меньшей мере, оторопь. Внимательный, и в то же время совершенно спокойный, даже отрешенный от происходящего взгляд. Такой не кинется в необдуманную атаку. Он будет убивать методично, и расчетливо.
Славка отвернулся, ломая оцепенение, и попытался сосредоточиться. Нужный настрой удалось поймать не сразу. Мешал яростный рев толпы, но понемногу возникло звенящее состояние вневременности происходящего, и холодная ясность мыслей.
Площадка перед возвышающейся над толпой лодкой, предназначенная для схватки очистилась. Варяжский боец, замер, ожидая появления противника, даже шум толпы чуть стих, и словно шелест разочарования пролетел по окружающим ристалище рядам воинов. Уж больно разительно отличался вышедший из маленькой группы противник.
Вячеслав встал напротив монументального исполина. Мысли уже исчезли. Да и окружающее подернулось легкой дымкой, звуки смазались, только нагнетая адреналин, стучала в висках кровь.
Приветствие, ответный взмах меча, и вот началось.
Варяг сделал пару коротких шагов, и вдруг кинул меч в ослепляющую восьмерку, рисуя в воздухе кружево молний. Движение щита, смена стойки, и с полулета, по невозможной траектории, норманн бросил клинок, целя в плечо соперника. Меч скользнул по щиту, и вынырнул уже с другой стороны, норовя сбить шлем, достать голову.
Уклон, поворот, увод головы. Все это прошло на рефлексах. Да и не могло иначе, секунда вместила три удара, каждый из которых мог стать решающим. Но выстоял.
Против бойца, подавляющего физически, возможен только один способ защиты, не гасить чудовищную силу ударов, а пропускать их вскользь. Сбивать темп, и контратаковать.
Меч великана скользнул по блоку, и вот уже Вячеслав махнул клинком, норовя достать незакрытую кольчугой поверхность бедра. Безуспешно, подставленный щит отбросил клинок, и с силой влепился в защиту более легкого противника. Отброшенный ударом, Вячеслав пошатнулся и тут же пропустил удар в грудь. Кольца треснули, скрипнула сталь, разрывая защитную рубаху. Спасло, что пришелся на вдох. Ребра уцелели, но дыхание сбилось, мелькнули цветные искры. На интуиции дернул спасительный щит вверх, встречая добивающий удар, и сместился вправо, лишая оппонента возможности продолжить атаку.
Викинг разорвал дистанцию, и вновь закружил по вытоптанной траве, стараясь поймать момент для удачного продолжения.
Ждать нельзя. — Понял Славка. — Он сильнее и опытней. Еще один два таких удара и все, добьет. Нужно атаковать.
Качнул рукой, вынося клинок на замах, но в последний момент уже вовсе бросая меч к цели, поменял траекторию, и ударил краем щита, ломая защитное построение. Лезвие варяга вонзилось в край, и застряло.
Пусть на секунду, на долю секунды, но положение изменилось, Рывком, вложив все силы, сбил меч противника, и ломающим, с мгновенной концентрацией в миг контакта, вошел в предплечье варяжского воина. Наручь смялась, но выдержала, клинок скользнул по руке, теряя силу. Новый взмах, как будто мелькающие крылья водяной мельницы, но враг уже выправился, и встретил лезвие на щит.
«Один-один, — выдохнул Вячеслав, зашагивая в сторону пораженной руки, — теперь дело за малым, Нагрузить поврежденную конечность, заставить работать».
И тут варяг усмехнулся, чуть заметно качнув головой. Опытный боец понял замысел, и показал свое знание. Он вдруг будто сломался, подсел, и в стремительном развороте махнул острием, целя в ноги. Спас заученный кунфушный прыжок. Однако подвел вес. Доспехи не дали взлететь в воздух достаточно резво, и лодыжку, обожгла боль.
«Погано,
