Княжна из клана Куницы. Тетралогия

плену сильной и горячей ладони ястреба.
— Добрый вечер, — чуть запыхавшийся Ансерт явно бежал, и Веся ему невольно посочувствовала.
Она уже поняла по разговорам чародеев, что пожить в этом доме пускали далеко не всех просителей, и алхимик явно относился к этим остальным.
Анс тоже вначале осмотрел комнату и, ничуть не сомневаясь, сел между старшим братом и мельником.
— Эвеста, — поднял на куницу строгий взгляд Феодорис, — объясни нашим гостям, как они должны ухаживать за дедом. Мне кажется, лучше всего будет, если твой пациент до утра спокойно поспит. Хлоп проводит их в его комнаты.
Веся чуть нахмурилась, пытаясь сообразить, с чего начать объяснения ястребам насчет старика и как снова не задеть его чувства. Ему и так несколько минут назад хватило боли. Покосилась на застывшее каменной маской лицо Ольсена и вдруг поняла, как это неверно будет… представить старика капризным самодуром. Да, он обманулся, поступил глупо и страшно, но сполна расплатился за эту ошибку собственной болью: и телесной, и душевной. Теперь следует помочь ему заживить душевную рану, но не такими грубыми средствами.
— Я думаю, его не нужно усыплять, — твердо сообщила она, глядя магистру прямо в глаза. — Ольсен вполне здоров и достаточно мудр, чтобы не навредить своей ноге. А Анс не хуже меня знает, как обращаться с возрожденными конечностями.
— Ты целительница, Эвеста, тебе виднее, — помедлив несколько секунд, согласился Феодорис, как ни в чем не бывало, и до Веси начало доходить, что это снова была проверка.
Но теперь она больше не возмутила куницу, как раньше. В душе девушки все больше крепла уверенность в правильности собственного решения остаться здесь и в праве открыто высказывать свое мнение… если она считает его верным.
— И еще я думаю, — смело продолжила куница, сама удивляясь в глубине души своей наглости, — если мы будем обсуждать… как отцу сообщить в клане о моем решении, то совет Ольсена и Береста будет вовсе не лишним.
— Ардеста, — твердо поправил княжну жених, нежно сжав ее руку, — я принял решение остаться здесь и вступить в круг. А Берест… замечательное имя, и пусть оно останется легендой, когда исчезнет тот, кто его носил. Ну а дед придумает… как это проделать поправдоподобнее.
— Что такое круг? — мгновенно заинтересовался Ансерт. — Я тоже хочу.
— Поживи немного гостем, присмотрись, — с притворной неохотой вздохнул Феодорис, и Берест вдруг едко заухмылялся, — а Ардест, если решил, завтра пройдет ритуал. И начнет учиться управлять своим даром… и лицом. Привык, что его никто не видит.
— Если он решился, то я тем более готов, — заупрямился Ансерт, — все знают… я давно мечтал немного подучиться у чародеев.
— Ансерт, — не выдержала Веся, — речь не о том, чтобы подучиться. А о том, чтобы стать чародеем, принять все правила и жить по законам Цитадели.
— А тебе никто не разрешал нарушать правила и рассказывать гостям все секреты, — немедленно остановил ученицу магистр, но Веся была уверена, если бы он считал это неправильным, то нашел бы способ прервать ее объяснения в самом начале.
Просто показывает сейчас Ансу, кто здесь распоряжается и что спорить с ним вовсе не стоит.
— Извини, Феодорис, но ему нужно знать… чего он лишается, если останется здесь.
— Но вы же решились?! — остановить настырного Анса оказалось не так-то просто. — Значит, и я смогу. Тем более я всегда этого хотел.
— Он говорит правду, — подтвердил Ольсен, решивший наконец прервать свое молчание. — Ансерт давно мечтал о Цитадели.
— А вы не думаете, что вашим братьям придётся без вас трудно? — испытующе уставился на ястребов магистр, и Веся замерла, чувствуя, как сильнее сжалась рука Береста.
— Ранзелу давно пора командовать отрядом, — ответил Дикий, — он отлично справится. А степняки сейчас должны отступить, всегда отступают, как получат хороший пинок. Не настолько они смелы, лезть на защищенные села, а в защите Туры они убедились. И Лирсет с Даренсом ему помогут… Дарс хороший советник. А вот целителем придётся ходить Лайонису. Но он ведь за этим туда и приехал?
— Все верно, — усмехнулся чародей, — он пришел вам помочь. Но вы зачем-то устроили ему допрос.
— А он был к нему готов, — не выдержал Анс, — как я теперь начинаю понимать, догадывался заранее.
— Это сейчас неважно, — устало глянул на ястребов Радмир, — меня волнует другое. Весю в клане любят и знают, что она не способна на зло. Даже словам очевидцев не поверят, тем более все рассказывают о чудесном спасении селян. Я-то теперь понимаю, как правильно сделал Феодорис, спрятав Весю тут, шаманы хингаев щедро заплатят за ее голову. Но если я начну рассказывать в клане про ее наказание…