Княжна из клана Куницы. Тетралогия

к отплытию. Маг вздохнул и покосился на заснувшую Весю — ей пришлось в эти дни работать больше всех. Проклятая комедьянтка запутала судей своими внезапными переходами от слез к ругани и очень ловко сумела спрятать боевой ментальный амулет, который носила под видом защитного. И значит, была намного хитрее и опаснее, чем можно было судить по ее поведению. Теперь она едет в цитадель в особой повозке для преступников, настоящей камере на колесах, прикованная к ней цепью и для надежности опоенная сонным зельем.
А Весе пришлось два часа провозиться с обожженным охранником, который по приказу Луидии полез отпирать ее камеру, не догадываясь, что Саргенс поставил на замок защиту. Просто так поставил, по привычке, а вовсе не из предусмотрительности. Ну, никак не мог он ожидать от подлой девицы ещё какой-нибудь пакостной выходки, да и парни у Даренса вымуштрованы, как настоящие воины. И тот, что охранял подвал, был одним из лучших… вернее, таким и остался, хотя полежать в постели дня три ему придется.
А когда побледневшая и едва не шатавшаяся от усталости княжна, оставив наставницу дежурить возле постели нового пациента, появилась в дверях гостиной, где собрались все княжичи, озверевший Берест заявил, что ему надоели такие праздники и они немедленно уезжают. Благо Ольсен тоже был рядом и сумел убедить внука повременить, хотя и пришлось ему постараться. Окончательное решение, примирившее всех, вынесла обессиленно полулежащая в руках мужа Веся.
— Вот приедут к обеду матушка с батюшкой, и отпразднуем свадьбу, как раз братья так удачно прибыли. А поедем рано утречком, перед дорогой нужно хорошенько выспаться.
Больше ястреб не спорил, обвел присутствующих жестким взглядом и понес жену в свои покои, и дежурившие в конце коридора прислужники, верно поняв этот знак, опрометью ринулись готовить дом к торжеству.
До Берла, небольшого городка на берегу Хорога, отряд добрался, когда солнце ещё не село, но уже устремилось к дальним верхушкам западных хребтов, в которых исчезало каждый вечер.
Все устали и мечтали поскорее умыться, поесть и свалиться на постель, которая не будет подпрыгивать и раскачиваться. Как ни мягок шаг тэрхов, но по бездорожью и они не могут пройти, не наклоняя ездоков в разные стороны. Хотя последние часы после того, как отряд выбрался на тракт, ехать было очень удобно, но к этому времени все уже истомились от непрестанного покачивания и с радостью всматривались в поблескивающий в просветах ветвей Хорог.
— Обедайте и умывайтесь в харчевне, я уже предупредил, отправимся на закате, — мягким баском объявил крепко сложенный хозяин широкой плоскодонной барки, представленный путникам как Тонрел.
Его судно стояло возле пристани, выделяясь среди окружающих его мелких баркасов, плотов и лодок аккуратностью и основательностью. С первого взгляда было понятно, что при его постройке никто не берёг золота и не откладывал на неопределенное время устройство удобных лесенок, крепких перил и медных поручней.
По палубе сновали несколько грузчиков, под присмотром старшего ватаги укладывая товары и готовя места для пассажиров.
— Всем тэрхам мест не хватает, — пояснил Саргенс, усаживаясь за стол, накрытый для них в отдельной столовой, — поэтому возьмем только Ныра с Чарышем. Остальных оставим тут, их уведут в цитадель люди Тонрела.
Веся понятливо усмехнулась. Ее уже не поражало количество людей, негласно работавших на чародеев. И всё чаще, рассматривая этих незаметных слуг, торговцев и воинов, Веся начинала осознавать, насколько сильна в Этросии власть цитадели и насколько деликатна. Лишь одно кунице было пока непонятно: почему чародеи так старательно скрывают свою силу?! И с каждым днем крепло убеждение, что вовсе не из-за страха перед степняками. И эту загадку ей хотелось разгадать как можно скорее.
— Неужели отоспимся, — сам себя спросил Лирсет, рассматривая сотрапезников, и невольно потянулся, — я мечтал об этом весь последний месяц.
— Главное, не проспать Туру, — на миг оторвался от тарелки Саргенс, — я уже поговорил с Тонрелом, он остановится там на два часа, у вас должны быть готовы все указы.
— Но ведь мы доплывем туда лишь через три дня, успеем, — ещё уверенно усмехался младший княжич, но его убежденность стремительно таяла под язвительно-весёлым взглядом Ольсена. — Дед? Ты чего это так некрасиво хихикаешь?
— Я тебя сколько учил, сначала всё выясни, потом делай выводы? — ехидно фыркнул мельник. — Вот и начинай сначала.
— Думаю, — мягко сообщила Кася, участливо глянув на приунывшего Лирса, — неспроста мы так мчались, стараясь поспеть к отходу именно этой барки. И неспроста она уходит в ночь. Наверняка наше плаванье будет…