Когда изменчивая судьба внезапно повернётся к княжне Весенике спиной и выхода не будет в самом прямом смысле слова, встанут ли у плеча юной Куницы соратники, прикроют ли собой, решатся ли отдать все, что имеют? И хватит ли им сил и умения победить злобных монстров, порождённых колдовством жаждущего власти злодея, или они отступят, сломленные бедой? Только время потерь, находок и открытий с неподкупной честностью покажет, верно ли выбрана дорога и настоящие ли друзья идут рядом. Содержание:1. Свободный выбор 2. Выбор судьбы 3. Выбор свободы 4. Выбор пути
Авторы: Чиркова Вера Андреевна
передовые отряды степняков, барка оставила тут пару сотен отборных воинов, взобравшихся наверх по отвесному склону с помощью плетенных из веревок лестниц.
А теперь сверху на канатах спускалась крепкая бадья, уже на месте собранная воинами из привезённых с собой жердей, и можно было рассмотреть несколько пар крепких рук, легко крутивших подъемный ворот.
— Я бы лучше по лестнице влезла, — тихонько пробормотала Веся, забираясь вместе с Бенрой и Кастиной в подъемник, который устанавливали вовсе не для этой цели.
В случае, если придется отступать, бадьей спустят на барку раненых. Для всех остальных уже было развешено с десяток крепких волосяных веревок, по которым можно было вмиг соскользнуть на барку. Разумеется, надев сначала на руки кожаные рукавицы, какие висели на поясе у каждого воина.
— Зачем тратить силы, — не согласился Берест, — если можно подняться в бадье?
Однако сам ждать, пока бадью спустят второй раз, не стал. И едва она, поскрипывая, поползла наверх, полез по лестнице вслед за Лирсом и Даренсом. Хотелось как можно скорее самому проверить, как воины приготовились к атаке. Строя план западни, чародеи и княжичи умышленно решились на такие трудности, желая, чтобы степняки ни в коем случае не догадались о поджидающей их засаде.
Ведь хингайские следопыты, имеющиеся в каждой дозорной десятке, очень внимательны и умелы, и можно не сомневаться, обязательно рассмотрят каждый кустик и травинку у подножия холма, мимо которого непременно должны проехать в стремлении перехватить барку. Спрятать от них следы отряда в две сотни человек не сумеет ни один чародей, непременно где-нибудь да пропустит вмятину от сапога на сыром песке или обломанную ветку. Да и к тому же следы недавнего вмешательства магии так же хорошо видны шаманам, как вытоптанная трава следопытам.
Потому и пришлось воинам отрядов Дикого Ястреба взбираться по крутизне и поднимать привезенный на барке ворот. Берест настрого запретил им рубить деревья и жечь костры. Проиграть этот бой из-за котелка горячего отвара он не имел права. Впрочем, горячая еда у них всё же будет, после чародеек бадья поднимет корзины с привезённым из Туры варёным мясом, подогретым магией Саргенса, и большие фляги с отваром, в который Кастина насыпала своих трав.
Как вскоре убедился Дикий Ястреб, хотя его воины горячей еде и обрадовались, но об удобных шатрах и кострах ничуть не тужили. Они уже успели к этому времени устроить для лучников неплохие гнезда на кряжистых вязах и под прикрытием камней выкопать на широких подходах ловчие ямы и набить на их дно привезенных с собой кольев. Ещё связали из прутьев чучела и расставили в кустах, чародею осталось лишь прикрыть эти обманки иллюзией, и во время боя безмолвные воины будут отвлекать на себя внимание врагов.
А на высоких деревьях, росших ближе к подножию холма, уже заняли свои места завернувшиеся в зачарованные накидки дозорные, с тонкими бечевками в руках, ведущими к нескольким верхним ветвям. Достаточно подергать одну из них, и дежурящие на холме наблюдатели сообщат всем остальным, с какой стороны появился неприятель.
Пока Берест с братьями проверяли, всё ли готово к бою, и рассказывали командирам о проведенной вылазке, Веся обошла приготовленные для раненых лежанки из прутьев и одеял и отправилась искать себе местечко, откуда видно самый пологий склон и с которого удобно будет стрелять. В этот раз пенал на ее поясе был полон чародейскими иглами, и куница намеревалась вывести из битвы как можно больше врагов.
— Эвеста, — остановил ее голос Саргенса, — иди за мной.
Куница спрятала вздох и беспрекословно направилась к нему. Спорить с командиром на виду у остальных воинов — самое глупое занятие.
— Я хотел сказать тебе одну вещь… — оказавшись на пригорке, откуда просматривались ближайшие кусты и полянки, заявил он и на миг смолк, потом твердо поправил сам себя: — Вернее, не хотел… но подумал и решил, что нужно. Вот ты недавно спрашивала про развилки… я не стал тогда говорить, что их можно почувствовать незадолго, за месяц, реже за два. Но иногда видящие чувствуют то, что мы называем тупики или обрывы. Это такие стечения обстоятельств, когда развилки просто нет. Например, приход орды или сход лавины…
— Ты хочешь сказать, что Дарса ждал обрыв и княжич всё равно погибнет?
— Нет… не это. Я сейчас говорю не про Дарса, хотя хочу пояснить и про него. А обрыв… он был в моих видениях. Я знал уже несколько месяцев, что первой встречи с Баратом мне пережить не суждено. Каждый раз в моих видениях менялись детали этой встречи, но всё чаще мелькала замершая вокруг орда, светловолосый шаман и сыплющиеся на меня градом ловушки и боевые заклятья. И когда я сегодня все это увидел воочию…
