Княжна из клана Куницы. Тетралогия

Южина, — прости, Трош, но мы вынуждены открыть тебе глаза.
— О чем это ты? — сглотнув комок, уставился на него насупившийся маг и вдруг побледнел: — Анфея? Что вы с ней сделали?
— Пока ничего, — уныло вздохнул Тирой, — только поговорили… попросили ответить на несколько вопросов. Так вот… она не дала ни одного правдивого ответа. Лгала во всем… четверо слышащих правду проверяли. Ее единогласно приговорили к стиранию, двенадцать одинаковых решений, я такого ещё никогда не видел. Сейчас она спит очищающим сном… но открылись новые подробности. На рассвете из Зархоя пришла барка, и ватажники сели завтракать в гостевом доме, ну и, как обычно, первым делом спросили о новостях. Так вот… один из них, узнав о вынесенном твоей жене приговоре, начал волноваться, а потом незаметно ушел якобы погулять и попытался закопать под дальними кустами небольшой сверток. Ему не повезло… сначала его действия привлекли внимание зверей, потом и дежурных магов.
Берест невольно ухмыльнулся, представив ощущения ватажника, заинтересовавшего Рыжа с Ныром, но тотчас поспешил состроить самое серьезное выражение лица. Судя по тому, как казнятся маги, проворонили они действительно нечто очень неприятное.
— А при чем тут ватажник? — не выдержал Трофимус и сразу смолк, поймав сочувствующий взгляд Тироя.
— Его уже допросили, и он все сразу признал… даже не пытался лгать. Анфее с этим парнем передавал небольшие подарки ее отец, а она взамен передавала посылки для него. За очень хорошую награду. В посылочке купца оказались флаконы с порошками, и алхимики уже их проверили. Это любимые восточные пряности Анфеи, Трош. Те самые, с любовным приворотом. Мы ещё не спрашивали о них твою жену, но если ты не хочешь ничего знать, и не станем спрашивать. Но боюсь, после стирания, когда она забудет, что должна поить тебя своими снадобьями, прежней любви ты к ней больше не почувствуешь.
Все замерли после этих слов, сидели как мыши, старательно отводя глаза от начавшего сереть лица Трофимуса. Наконец раздался скрип отодвигаемого стула, тяжелые шаги… Веся осторожно глянула в угол, где сидел подсудимый, и тотчас снова опустила взгляд. Тирой сидел рядом с другом, опершись рукой на барьер и положив на кулак голову.
— Я хочу с ней поговорить… хотя бы пять минут. Можно прямо здесь, раз ее будут стирать, Анфея всё равно ничего не вспомнит.
— Мы ее приведем… но ты уверен, что тебе этого хочется?
— Тир, — горько выдохнул маг, — я всё понимаю. И вину свою сознаю полностью… но хочу знать точно, ради чего я столько потерял. Иди на свое место.
— Как хочешь. Разбудите Анфею и приведите сюда, — кивнул магистр дежурным магам, посидел ещё несколько секунд и, вздохнув, вернулся к столу.
Войдя в комнату, Анфея уставилась на Тироя с затаённым ожиданием, явно надеясь на помилование. Однако все молчали, ни у кого не возникло желания сообщить женщине, зачем ее сюда привели. Как начинала понимать Веся, маги вообще больше не желали ни разговаривать с нею, ни объяснять, что она проспала почти сутки.
— Зачем… — подозрительно оглядывая присутствующих, попыталась что-то спросить ястребица и вдруг обнаружила сидящего в углу мужа. — Трош? Ты почему там сидишь? Тебя что… судят?
Маг только молча кивнул головой, с горечью рассматривая так хорошо знакомую женщину.
— А за что? Ты же столько работал, просто как проклятый, ни праздников, ни гостей! — возмутилась Анфея. — Мы даже в Ставин ни разу не ездили!
— Тебе же нельзя в Ставин, — тихо напомнил Трофимус.
— А куда мне тогда можно? — Анфея старалась причитать жалобно, но в ее голосе все чаще прорывались злые, визгливые нотки. — Разве это жизнь — неотлучно сидеть тут рядом с вашими заключенными! Каждый миг ожидая, что они вырвутся и раздерут нас на клочки!
— Из этого дома невозможно вырваться, — снова перебил ее муж, — лучше скажи, зачем тебе те травы, что привез ватажник из Зархоя?
— Когда привез?! — не поверив, глянула в окно Анфея и тотчас сообразила, что выдала себя. — Не знаю я никакого ватажника! Мало ли кто начнет тебе про меня всякую чушь молоть… неужто всем верить будешь?
— Зато он тебя знает и всё уже рассказал, — мрачно сообщил Тирой и нехотя добавил: — И соврать он не мог, его слышащие правду проверяли. Ну а гадость эту мы уничтожили, и всё, что нашли в вашем доме, — тоже. Заклинание поиска всё до последней шкатулочки вытащило, даже то, что хранилось в тайничке, в подвале.
— Как? — на миг побледнела Анфея, но тотчас совладала с собой. — Ничего не знаю ни про какие тайники.
— Лжет, — хмуро произнес Берест, хотя все поняли это и без магии.
— А ещё совет принял решение наказать твоего отца за помощь в подчинении нашего собрата, — жестко