Когда изменчивая судьба внезапно повернётся к княжне Весенике спиной и выхода не будет в самом прямом смысле слова, встанут ли у плеча юной Куницы соратники, прикроют ли собой, решатся ли отдать все, что имеют? И хватит ли им сил и умения победить злобных монстров, порождённых колдовством жаждущего власти злодея, или они отступят, сломленные бедой? Только время потерь, находок и открытий с неподкупной честностью покажет, верно ли выбрана дорога и настоящие ли друзья идут рядом. Содержание:1. Свободный выбор 2. Выбор судьбы 3. Выбор свободы 4. Выбор пути
Авторы: Чиркова Вера Андреевна
объяснял магистр, — и отправишь Бора в тот угол, а мы попробуем его поймать в различные ловушки.
— Я не согласна, — упрямо вцепилась в перила Веся, — он меня после этого предателем считать будет. Давайте я сама там встану, а он будет защищать.
— Ты с ума сошла! Да нас после такого Берест вмиг из клана выставит и прикажет дорогу к нему забыть! И не волнуйся так за фантома, он не может испытывать подобных чувств.
— Нет. Да и что он там будет защищать? А вдруг ваши ловушки окажутся сильнее?
— Но ведь у тебя не один фантом?
— А откуда ты знаешь? Ну да… маги видели, когда он вылетал. Это правда, он не один, и даже не два, Бор все время носит несколько запасных. И все равно я не могу отдать его на растерзание. Да и не думаю, что шаману когда-нибудь удасться подобраться так близко. Потому проверяйте на мне.
— Веся… я не хотел тебя расстраивать раньше времени, но вчера поздно вечером шаманский фантом сбросил на пристани Южина медную фляжку. Это заметили дежурные маги… мы теперь все время следим за подходами к крепости через шары. Идем, я покажу ее тебе.
— Пусть принесут сюда, — не согласилась куница, отступая на пару шагов, — нечего мне туда-сюда лазать.
— Ну, хорошо, — укоризненно покачав головой, сдался маг, — смотри.
Дешевая медная фляжка, в каких берут в поход воду или медовуху простые воины, сама по себе ничем не привлекла бы Весиного внимания, однако после слов магистра она рассматривала бока посудины с особым тщанием. Хотя почти сразу заметила на плоской стороне грубоватый, но вполне понятный рисунок. С одной стороны несколькими линиями была выцарапана женская фигура в одеянии чародеек, и рядом с нею младенец с большой головой на которой выделялись узкими щелками глаза, с другой — огромный фантом, держащий в каждой из десятка рук по такому же дитю с уродливо крупными головами. Но у этих детей глаза были большие и круглые.
А ниже была вторая картинка, и там все было наоборот, женщина стояла в окружении глазастых младенцев, а фантом крепко прижимал к себе узкоглазое дитя.
— Я правильно понимаю… он хочет обменять детей? — ощущая, как сжимается все в груди в тяжелый холодный ком, пробормотала Веся, не решаясь поднять на магистра глаза.
Не только об этом она догадалась сразу, хотя чего там было не сообразить? Уж если кого и отправить на встречу с шаманом, то никак не Кастину. У нее и способности слабые и стойкости не хватит выпустить из рук дите, к которому она прикипела всем сердцем. И хотя есть в Антаили и другие сильные чародейки, кроме Веси, но дара судить и карать больше нет ни у кого. А негодяй, посмевший выкрасть из родных люлек кучу младенцев, заслуживает самого сурового наказания.
Хотя откуда у него их так много? Или он просто нарисовал столько, сколько уместилось, надеясь выказать обмен более выгодным?
— Да… — тяжело вздохнул магистр, — но ты рассмотрела не все. Там ниже, почти на донышке, еще картинка, наверное, он хотел, чтобы они шли одна за другой, как надпись. Её трудно прочесть превратно.
Воистину, последнее изображение, наскоро нацарапанное на скругленной грани и оттого не сразу заметное, нельзя было не понять с первого взгляда.
Стена, очень отдаленно похожая на Южин, разделяла женщину с узкоглазым младенцем и огромного фантома, а все младенцы, которых он держал в лапах, висели вниз головами и их глаза были закрыты.
— Но их тут слишком много, — сокрушенно пробормотала Веся, — или он считать не умеет? И почему не написал записку, а рисовал эти картинки? Ведь он же знает три языка?!
— Считает он очень хорошо, — тихо признался магистр, — это оказывается, мы всего не знали. Сегодня спозаранку пришел отчет магов, проверявших все села по берегам Хорога. За последние дни пропало одиннадцать младенцев… так что он даже мало нарисовал. Или начал рисовать, когда еще не получил всех пленников. Ну а почему он не пожелал писать, я и близко догадаться не могу, нет ни одной здравой мысли.
— Он не просто гад, он самый мерзкий гад во всех землях… — чувствуя, как в груди начинает вскипать знакомый гнев и изо всех сил стараясь его унять, загнать в дальние, непознанные уголки души, процедила Веся сквозь зубы.
И даже ресницы на миг сомкнула, стремясь побыстрее справиться с собой. А когда распахнула их вновь, то рассмотрела перед собой расширенные от изумления глаза верховного магистра. Недоверчиво оглянулась на остальных магов и едва не охнула от открывшейся картины. Маги больше не были теми строгими невозмутимыми мужчинами, которые взирали на нее с балкона минуту назад, теперь там стояла зачарованная толпа селян, впервые увидевших тэрха.
— Ну, и что вы видели?! — почувствовав, как от этого зрелища мгновенно отступил неуместный тут гнев,
