Княжна из клана Куницы. Тетралогия

или он это уже объяснил?
— Объяснил, — сразу признался комендант, подкладывая девушке лучшие куски мяса. — Извини, если поспешил. Ешь давай.
— Ничего, — равнодушно отмахнулась куница, отпила ещё отвара и передёрнула плечами, словно её морозило. — Вот сейчас напьюсь горяченького, да высплюсь хорошенько… утром ещё подлечу твоего воина.
— Весеника, — не выдержав, решил разобраться в гложущем его и братьев вопросе Лирсет, — а почему ты нам не сказала…
— Чего? — как можно наивнее вытаращилась на него куница. — Если ты помнишь, Лирс, я ответила на каждый вопрос, какой вы мне задали. Это вы юлили, как ужи на сковородке… но про это мы вроде договорились не поминать?!
— Я не про то… — пригорюнился младший, — а про твое прозвище…
— А вот тут ты сильно ошибаешься, Лирс, — укоризненно качнула головой девушка и спокойно отпила ещё отвара. — Добавь горяченького, Ханвер! Спасибо… сразу легче становится. Ты просто спал, Лирс, когда мы приехали в ту харчевню… и не слышал, как Шангор назвал меня Колючкой. Он всех называет так, как привык в бою. Я так вот сразу поняла, кто такой Дикий Ястреб.
— Вот как? — едко процедил Даренс. — Ну и как тогда насчёт обещания?
— А мое обещание, — резко стукнув кружкой по столу, ледяным тоном процедила Веся, — было только одно… поймать идиота, который допился до того, чтобы придумывать такие глупые шутки, и сделать из него ёжика!
— А разве Тадор ещё не нашёл?! — нахмурился Ханвер. — Я помню, он всех расспрашивал.
— Не знаю… — мрачно пробурчала куница, радуясь тому, как ловко подхватил разговор комендант. — Я всю зиму в Ясновене просидела, ничего не слышала. Пойду, пожалуй, отдыхать… спасибо за ужин.
— Можно один вопрос?
Услышав ровный голос Береста, княжна насторожилась и утвердительно кивнула:
— Конечно.
— Кто такая Стрелка?
— Ну, так Мариля же, — с облегчением усмехнулась куница, раз сестра собралась замуж, это уже не тайна.
После свадьбы княжны клана Куницы всегда воюют рядом с мужьями и только в отборном отряде князя.
— И она стреляет так же, как ты?
— Нет. Она стреляет лучше… никогда не промахивается, — вздохнув, честно призналась Веся. — Потому-то никто из нас никогда бы не сказал ту глупость. Вы же с нами хоть и в ссоре были, но не враги, не степняки. Ладно… я засыпаю. Остальные вопросы зададите утром.
— Я тебя провожу, — подхватился повеселевший Лирс, поверивший каждому слову княжны, но она остановила его укоризненным взглядом.
— А ты поешь как следует, меня и Рыж проводит, — и дунула в рожок.
— Я же говорил, что это чья-то глупая шутка, — задумчиво произнёс Ансерт, когда невеста и её рыжий зверь поднялись по лестнице и исчезли в двери, ведущей в коридор второго этажа.
Признаваться, как задело его осенью ставшее известным заявление, что всего две куницы, Стрелка и Колючка играючи положат весь знаменитый отряд Дикого Ястреба, алхимику не хотелось совершенно.
— А вот мне всё равно, — внезапно обозлился Лирс, — что там болтают наемники в трактирах за кувшином с медовухой! Я сам десятки раз слышал это пьяное хвастовство и подначки! Но за то, что она взаправду отменно стреляет… всю жизнь буду ей благодарен! И перестань её задевать, Дарс! Надоело!
Схватил с подноса кусок мяса и впился в него зубами с такой яростью, словно хотел этим показать, что именно сделает с каждым, кто тронет куницу.
Братья молчали, разом утопив взгляды в своих кружках и мисках, и лишь Ханвер переводил с одного на другого настороженный взгляд.
— Не помню… — задумчиво заметил он наконец, крутя в сильных пальцах вилку, — говорил я или нет, что докладываю князю только то, что касается моей службы?
— Спасибо, Ханвер, — устало произнёс командир. — Ты не говорил, но я всегда это знал. Утром Ансерт тебе всё расскажет, а сейчас мы тоже идем спать. Встали очень рано, торопились к переправе.
— За полчаса до вашего приезда в Кову проехали путники, сказали — лед тронулся.
— Мы заезжали к Сидверу, но удар услышали, когда уже выехали за ворота, — пояснил командир, направляясь к лестнице. — Наверняка они тоже слышали издали. Комнаты занимаем те же?
— Да. Когда вас разбудить?
— Сами проснемся. Теперь можно не спешить, — ответил Берест с верхней площадки и усмехнулся, шагнув в полумрак коридора.
Последнее утверждение было неправдой, но признаваться в этом он никому не намерен. Отец очень любит давать трудные задания, но выражается при этом крайне туманно. Берест давно подозревает, что таким образом он просто проверяет сыновей, племянников и воинов на исполнительность и сообразительность. И передавая приказы отца другим воинам, старается