Кодекс Крови. Книга I

и я запрыгнул внутрь.
Пространство в броневике делилось на две части. Десантный отсек, где расселись бойцы, был совмещён с лекарским, судя по встроенному маго-медицинскому оборудованию. Отдельно располагался управленческий отсек, где сидения были обтянуты мягкой кожей, в углу ютился мини-бар с пепельницей и был даже стационарный мобилет.
А машинка-то не из дешёвых, настоящий опорный пункт на колёсах. Пока мы с Пауком располагались в отсеке люкс, бойцы заняли места в десантном отсеке и косились на меня, как на ожившее божество. Я, конечно, красавчик, но что-то подсказывало, что дело явно не в этом.
— Ваше благородие, рады видеть Вас в добром здравии! — привлёк моё внимание Паук.
— Взаимно! Много людей пострадало от прорыва? — уточнил я наши потери, пытаясь оценить ущерб от действий Тильды.
— Комары потерь не понесли. Эта тварь их почему-то только придушила, но не тронула. Погибло полтора десятка гражданских.
— Жаль людей. Нужно будет выделить компенсации семьям погибших, — я откинулся на спинку сидения, рассматривая Паука.
— Прошение в Министерство составлено, но боюсь, затеряется, как и прежде.
— Теперь не затеряется. В случае необходимости из своих компенсируем. Хоть финансовые проблемы теперь отпадут.
Финансы, и правда, были больным вопросом последние пару лет. С одной стороны, у рода денег куры не клюют, с другой, Комарины нигде это не афишировали.
Одно то, что собственную гвардию они кропотливо собрали из безродных слуг, оплатив им обучение в академиях, говорит о многом. Не всякому роду по финансам оплатить обучение и нескольких отпрысков. На этот случай предоставляется аристократическая привилегия на бесплатное обучение. Комарины же различными схемами обучили почти шесть сотен слуг рода.
Передовая техника и вооружение закупались у Министерства обороны для нужд спецподразделения. Иногда ещё и из-за границы что-то тянули за баснословно дорогие суммы. Но всё начало приходить в упадок десять лет назад. Лазейки перекрывались, доступ к первым лицам также, несчастные случаи… По всему выходило, что кому-то мы стали как кость в горле, и этот кто-то реально представлял объёмы наших собственных средств, частенько проведенных по серой схеме как госфинансирование.
Нынешняя же плачевная ситуация сложилась из-за правовой коллизии, когда деньги есть, а воспользоваться ими может только прямой наследник по факту достижения совершеннолетия, то есть я! До этого момента мне выделялось денежное довольствие пусть и не скромное, но явно недостаточное, чтобы за его счёт перекрыть нужды родовой гвардии. Та же Агафья Петровна имела денежное содержание ещё меньше моего, поскольку совместных детей с дедом не нажила. Да и вообще, предполагаю, в семью была введена дабы не вызывать лишних подозрений.
Все эти ранее разрозненные факты сложились в единое целое не так давно. Лечение Подорожницы имело несколько неожиданный эффект, если можно так сказать. Я перестал различать свою личность и Михаила. Нас наконец-то спаяло воедино. И мне было над чем подумать.
Машина неспешно набирала ход, всё ускоряясь. Мы какое-то время ехали по асфальту, но вскоре свернули на грунтовку. Паук старательно отводил взгляд. Это начало наводить на не очень хорошие мысли, и я нарушил тишину:
— Почему не ушли вместе с остальными или не перевелись на другую службу?
Я внимательно следил за мимикой Паука и отстраненно подумал, что мы с ним поменялись местами. В карцере он точно так же буравил меня взглядом, а теперь инициатива перешла в мои руки. С той лишь разницей, что ответ я знал заранее, интересно было услышать его версию.
— Михаил Юрьевич, мы же кровники. Мы верны до самой смерти. А деньги… Мы как могли выкручивались. Даже курсы эти с разрешения Агафьи Петровны запустили, чтоб хоть как-то концы с концами сводить, — Паук смотрел прямо, правда, не в глаза, не лебезил, не суетился. Грехов за душой у него не имелось. И это я не по мимике определил, мне уже две комарихи на пробу его кровушку принесли. Так же, как и всех остальных сидящих в броневиках бойцов. Лучше проверять всех и сразу, чем потом горевать, что недоглядел в своих рядах предателя.
Все они, как один, были Прокомариными, слугами рода и личной гвардией деда. Кровники, как они сами себя называли. И действительно, задействуя дар, я смог рассмотреть тянущиеся от меня к бойцам ниточки кровной связи. Они имели красный цвет с золотыми крапинками, что означало, присяга дана добровольно и искренне. Ещё одним новшеством стало определение