В прошлой жизни я следовал Кодексу Крови: спасал людей, уничтожал монстров изнанки и оказался на костре инквизиции как кровожадная тварь.В этой – мой род в опале у императора, на меня открыта охота, а я сам – мишень в божественных разборках. Что же, придется всех сильно удивить. Дайте мне всего каплю крови, и охотник с добычей поменяются местами.Я – Михаил Комарин, за моей спиной дух рода и Кровь! И я всё ещё чту Кодекс.
Авторы: М. Борзых
и дерзкой серьге в ухе. Нахал, конечно, но меру знает. Руки не распускал, принуждать не принуждал и слинял, пока ситуация не стала крайне неприличной.
Света попыталась вспомнить что-то про Виноградовых, но в памяти осталось только то, что лет сто назад был такой княжеский род. Сейчас вспоминать что-нибудь из последних событий она не смогла, а ведь Мария кому угодно плешь проест на тему светских сплетен. Выходит, род либо захудал, либо в опале, либо давно не появлялся в свете.
Да уж, зато в душе появился. Света снова вспомнила дерзкий поцелуй, подмигивание и побег. Пришлось даже воду переключить на холодную, чтоб прийти в чувство. Прям как маленькая, не дай Подорожник. Её разок поцеловали да взглядом обласкали, а она уж невесть что думает. Решено. Нужно будет разузнать у Её Императорского Высочества Марии все последние новости про Комара и Винограда. Она явно будет в курсе, если отпрыски двух родов внезапно появились из ниоткуда. Первый раз Света по-иному посмотрела на увлечение наследной принцессы. Кто владеет информацией, владеет миром. Может, не так уж и глупа Мария Кречет, если всегда остаётся в центре всех мельчайших событий высшего света империи?
В одиночке карцера стояли стол и пара металлических стульев. Тусклая свеча едва освещала тёмное помещение. Было весьма свежо, отчего рыжебородый мужчина в камуфляжной форме дышал на озябшие руки в магоподавителях.
С командиром перебежчиков Маркусом мы беседовали долго и со вкусом в прямом и переносном смысле. Для того, чтобы полностью проверить его искренность пришлось провести допрос кровью. Паук и Жук всеми силами пытались делать вид, что ничего необычного не происходит, но местами даже они не могли сдержать удивлённое выражение лица.
Меня же дико бесило, что для использования самых обычных техник крови мне приходилось придумывать дополнительные ритуалы, чтобы обойти блокировку печати.
Чувствовал себя самоучкой-шарлатаном как минимум, а как максимум извращенцем.
Вот и с допросом вышла такая же ситуация. В прошлом я бы вогнал в него клыки, усыпил в процессе и бродил бы по памяти, пока не нашёл ответы на все свои вопросы. Сейчас же, тьфу! Ты хоть упейся, но такого эффекта не получится. И свою кровь ему тоже не вольёшь, может не принять.
— Комаро, а если я его в род слугой приму, а потом после допроса, если он окажется ненадёжным, убью? — задал я самый очевидный вопрос для использования родовой кровной клятвы. — Это как-то повлияет на твоё состояние?
— У нас и так последователи на перечёт. А ты ещё и пляски с кровниками устраиваешь, — возмутился покровитель. — Ты — маг крови или где? Пытки, в конце концов, никто не отменял.
Я тяжело вздохнул. Не вышло, так не вышло. Попробовать стоило. Пытки меня не устраивали категорически, причём не из человеколюбия, а из-за нежелания снижать в будущем обороноспособность рода.
Оставался вариант с малоприятным для меня процессом. Чтобы организм Маркуса принял мою кровь, мне пришлось сделать из неё слабенькое подобие макра. Такие добывают из средоточий убитых тварей на изнанке. Пускать себе кровь стало нехорошей привычкой в этом мире, от которой нужно срочно избавляться, но пока другого варианта я не видел. Это же не последние полчаса жизни просмотреть. Мне нужны были воспоминания минимум недельной давности.
Маркус с опаской восполнил силы из предложенного макра, ведь такой странный по цвету и фактуре камень он видел впервые. Пришлось подождать для верности минут десять, прежде чем я начал задавать вопросы.
К тому моменту сила моей крови смогла разведчиком проникнуть в самые потаённые уголки памяти командира перебежчиков. Я видел достаточно много из того, что Маркус не стал бы рассказывать никому.
Гибель любимой женщины на войне, его бессилие, опека над ребёнком погибшего боевого товарища и даже оплата обучения в магучилище. Были и попытки сплотить бывших сослуживцев, поиски собственного места в гражданской жизни, и, как следствие, занятие наёмничеством.
Маркус был не хороший и не плохой, он был военным с неплохими задатками лидера, но нехваткой опыта ведения грязных войн. Именно поэтому половина его отряда сейчас мертва, а сам Маркус сидел перед нами, пытаясь спасти вторую половину. Скорее всего, будь кто-нибудь другой на нашем месте, их бы просто убили. Смерть за смерть. Но мы-то живы и нуждались в верных людях.
Я задавал простые вопросы, путешествуя по памяти крови внутри Маркуса. Как вышли на заказ, кто посредник, когда поступила оплата,
