В прошлой жизни я следовал Кодексу Крови: спасал людей, уничтожал монстров изнанки и оказался на костре инквизиции как кровожадная тварь.В этой – мой род в опале у императора, на меня открыта охота, а я сам – мишень в божественных разборках. Что же, придется всех сильно удивить. Дайте мне всего каплю крови, и охотник с добычей поменяются местами.Я – Михаил Комарин, за моей спиной дух рода и Кровь! И я всё ещё чту Кодекс.
Авторы: М. Борзых
взгляд. На этом разговор оборвался. Я рассматривал мелькающие улочки. Болезненный щелчок по самолюбию лекаря был необходим, но, Боги, как же я его понимал сейчас. У меня тоже всё это было, но близкую мне душу не спасло. Я сделал выводы, а Борис Сергеевич, похоже, нет.
Агата бежала сквозь лес, практически не касаясь земли. Какой же это был восторг снова ощущать бурлящую внутри силу, чувствовать себя молодой и лёгкой. Живой!
Двадцать пять лет! Великий Клещ, как же она ждала этого четверть века. Быть одной из сильнейших магичек крови в своей стране и так проколоться. И на чём? На чувствах!
Агата скрипнула чуть удлинившимися клыками.
Одно дело прожить жизнь, полную безумных приключений и путешествий на изнанку с любимым мужчиной, добровольно стареть рядом с ним. Такой номер она проделывала время от времени, уходя в бессрочный отпуск со службы, меняя внешность и живя обычной тихой жизнью.
И совсем другое — оказаться вероломно подчинённой кровной клятвой. Когда и шагу ступить нельзя, чтобы удавка не сдавливала горло. Поводок был короткий. Очень.
Барон, как оказалось, знал что-то, чего не смогла распознать даже Агата. Её подчинили и использовали, как какое-то животное, привязали как фамильяра.
Боги, да лучше бы он насиловал, избивал, пытал, чем так! Каждый день жить и не принадлежать себе, не иметь свободы воли и выбора. Быть куклой с запертой душой, хранительницей рода, обучать, заботиться и спасать до самой смерти.
Агата любила барона до беспамятства и так же люто потом его возненавидела.
В ту секунду, когда душа последнего Комарина ушла, поводок ослаб. Одна за одной слетали печати подчинения, выпуская на свободу её способности, её жажду, её месть! Остальное слилось в её памяти в одно сплошное кровавое веселье, где она царствовала шальной императрицей.
Сквозь кровавый сытый туман пробивались воспоминания про воскрешение младшего Комарина, перстень и спарринг, и даже про взрыв. Да продлят Боги годы жизни изобретателей свитков мгновенного переноса. Если бы не они, то лежать бы Агате фаршем под руинами взорванного Хмарево. Убить бы не убило, но восстанавливаться пришлось бы долго.
Месяц она резвилась и уходила во все тяжкие, отметилась дома, где сёстры смогли снять почти все оставшиеся печати подчинения, кроме одной. По крови. Если душа Комарина умерла, то вот тельце было живее всех живых. Свободу Агате могла подарить физическая смерть тела последнего из Комариных или, что маловероятно, добровольное решение отпустить её из рода.
А ведь, будь старый барон умней, будь таким, каким он был в первые годы знакомства, не предай её, она бы рассказала, кто изводит их род. А так получилось очень символично, одно предательство притянуло другое предательство.
Как она смеялась глубоко внутри, зная, кто стоит за всеми покушениям. Но загнанная в подчинение Агата упрямо молчала. Шиш ему, а не ответ. Она не собиралась прислуживать вечно. Чем скорее прервётся род Комариных, тем быстрее она станет свободной.
В особняке нас встречала Тильда. В этот раз она выбрала строгий стиль. Белый брючный костюм только оттенял фиолетовые волосы и фиалковые глаза. А уж как подчёркивал все прелести фигуры… Эрга виртуозно отыгрывала роль хозяйки, предлагая чай, кофе, лёгкий завтрак и поддерживая непринуждённую беседу.
Подорожников впечатлился. Было в его взгляде не столько вожделение, сколько восхищение предметом искусства. Н-да, это он ещё её первое появление в особняке у Выдрина пропустил, вот где было сногсшибательное появление.
Сразу к Андрею нас не пустили, с ним была Тэймэй.
— Я могу поприсутствовать? — мягко попросил разрешения лекарь. — Всë-таки он — мой внук, и лекарского опыта у меня больше.
— А ещё он ненавидит весь ваш род, — с милой улыбочкой парировала Тильда, — вы уверены, что своим присутствием не испоганите результат трёхчасового сеанса другого специалиста?
Крыть ему было нечем. Страх сделать хуже, чем есть, победил родственные чувства. Тильда осталась составить компанию Подорожникову, а я отлучился по делам рода. Нужно было поручить Арсению заказать современные амулеты от магов смерти. Да и в свете последних событий связался с Еленой, чтобы та перепроверила, не заделал ли я Комарёнка кому-то из девиц. Елена отреагировала не совсем так, как я ожидал.
— Ваше благородие, такого уж лет двадцать не случалось, после одного случая с вашим батюшкой. Но и там дитя мёртвым родилось.
