Кофейня

моды. А подруги любили ее этим дразнить.
Потому, Ксеня с Машей тут же сделали вид, что рассматривают предложенный официантом список напитков, а Ирка, подошедшая чуть раньше их, поднесла к губам капучино, пряча лукавую усмешку.
— Ну, девчо-о-нки, — недовольно надула Катерина пухлые губы, — могли бы хоть что-то сказать.
Они не выдержали, дружно засмеявшись. И Катя, лишь для приличия похмурив брови, присоединилась к общему смеху.
Несмотря на все ее привычки, она была веселой, и сама понимала, что порой перегибала палку. А потому, общение с ней было приятным и легким.
Но даже весело смеясь над собой, Катерина не забыла поправить платиновую прядь жестом, который, очевидно, должен был быть непринужденно-элегантным. Впрочем, Маша покривила бы душой, если бы сказала, что он таким не был.
— Кать, будь проще, вокруг ни одного мужчины, а мы — равнодушны к твоей красоте,
— Ира отставила свою чашку, и подмигнула подруге.
Ее слова были правдой, с удивлением заметила Маша. Рядом с ними, да и вообще, в зале, не было мужчин, только несколько девичьих компаний сидели в противоположном углу зала, да официанты сновали между столиками, поднося напитки.
Это было необычно. Но Марии не дали долго раздумывать над причиной такой аномалии.
— Было бы странно, если бы мужчина рискнул остаться в кофейном зале в полдень пятницы, — Ксения усмехнулась, кивком благодаря официанта, который поставил перед ней макьято, — против Наташи никто не пойдет.
— О, да, — это замечание вызвало всеобщие кивки и смех.
Похоже, что все здесь знали что-то такое, чего не знала она. Но Маша решила не расстраиваться. Очевидно, что ей недолго оставалось пребывать в неведении. С этими мыслями, она сделала первый глоток лате. И не сдержала удовлетворенный вздох — кофе был великолепен.
В ожидании той самой Наташи они начали обсуждать последние события. Коснулись погоды, пожаловались на коллег, и начали обсуждать ожидаемые новинки весны в моде, когда их прервала незаметно появившаяся официантка.
— Наташа задержится еще на семь минут, — девочка была бойкой, и ловко расставляла между чашками, бокалы с мартини, пиалы с нарезанным на четверти лимоном и ведерко льда, принесенные с собой, продолжая с улыбкой говорить, — коктейль за наш счет. Приятного времени.
Еще раз улыбнувшись, она так же незаметно отошла.
Наверное, это было в порядке вещей, потому как девчонки, ни мало не удивившись, начали смешивать коктейли.
Маша последовала их примеру.
— За нас! — весело чокнувшись, подруги пригубили мартини, продолжая легкую болтовню.
Но уже через пару минут, Ира, самая нестойкая из них к алкоголю, со вздохом и горечью провозгласила:
— Какие же все они — гады!
Никому уточнений не требовалось. Все и так знали, о ком речь. И каждая на секунду задумалась, припоминая очередную обиду от «своего».
— Нет, вот только представьте, — Ира решила продолжить свое восклицание, зная, что всегда найдет понимание в сердцах и душах подруг, — этот…, этот… я его как человека, прошу, отвези документы, тебе ж по пути, а он, знаете что…? — она умолкла и обвела подруг взглядом, словно проверяя, что те внимают ее злоключениям. Довольно кивнув, она продолжила. — А он мне говорит: » мне не по пути, заедь сама!». Только представьте! Он на машине будет ехать на Правый, а я сегодня на автобусе, машину на СТО сдала, и он мне так говорит! — Ирка возмущенно покачала головой, и сделала еще один большой глоток мартини, забывая о кофе.
Подруги дружно покивали, и только Ксеня, которая одна была за рулем, и едва пригубила коктейль, улыбнулась.
— Ир, да чего ты прицепилась, ближний свет ему, с Правого ехать к тебе в контору.
А ты все равно рядом.
Но трезвые аргумента не повлияли на уверенность обвинения юриста Ирины Самойленко, и она покачала головой.
— Он на машине. Что ему пять-семь километров круга, не пешком же, как я, — и она обратилась за поддержкой к Маше и Кате.
Те сочувственно угукнули ей, чем только распалили возмущение на негодного мужа.
— Да уж, а мой сегодня, — Катя тут же воспользовалась паузой, перехватывая инициативу, — заявил, чтоб я прекратила по барам гулять! Нет, словно я шлюха какая-то, сказал, что я дома с ним должна вечерами сидеть! Да это же скука смертная…
Но они не успели посочувствовать горю подруги. В их разговор вмешался задорный голос.
— Ну, вы даете, дамы, опять мужчинам косточки перемываете, — невысокая женщина села в свободное кресло у их столика, и весело осмотрела всех. — Привет, я Наташа, — она кивнула Марии и та не сдержалась, улыбнулась ей в ответ — Маша, — представилась она.
Наташа с интересом, даже немного изучающе, разглядывала ее пару секунд, а потом