Кофейня

что ее выходили, вытащили с того света после родов.
Только знала, что никто и ничто не сможет заменить, заполнить место Алексея в ее сердце. Но признавалась Лена себе в этом только ночью, закрываясь в ванной и включая воду на полную мощность.
Но и слезы не уменьшали боль.
Лена не знала, было ли с ней что-то не то, или же и те, кто говорил, что время лечит — нагло врали. Ей время не помогало.
До спальни Лена добралась только в три ночи.
Так и заснула на полу в ванной, упираясь спиной в стиральную машинку, уткнувшись в полотенце. Видно снотворное подействовало. И проснулась оттого, что шея затекла и мышцы свело спазмом.
Выключив воду, Лена сонно, натыкаясь на стены, добралась до спальни и забралась под одеяло, надеясь, что хоть сегодня ей удастся поспать нормально.
— Ленка! С Рождеством!
Крик подруги в телефонной трубке с трудом пробивался в сознание Лены, все еще одурманенное снотворным. Не до конца понимая, что происходит, и зачем, вообще, Надя звонит в первый ее выходной за последние две недели, она попыталась поднять веки. Это удалось лишь на половину, но она смогла посмотреть время — на часах было около девяти. Да уж! Дали выспаться…
— Да, спасибо, — неразборчиво пробормотала она и, высвободив руку из-под Лешки, который, видимо, все-таки перебрался к ней ночью, села в кровати. — Надь, ты чего так рано? Что-то случилось?
Подруга немного замешкалась с ответом, и Лене даже показалось, что она слышит какое-то бормотание и звон. Но сложно было разобрать точно, что это, да и не хотелось думать, когда мозг бы в таком сонном состоянии.
— Да, нет, не то, чтоб случилось, но…, — подруга тяжело вздохнула. Ее тон утратил легкость. — Наверное, все же, случилось.
Почему-то, Лена вздрогнула от этих слов, и даже заволновалась от того, как именно говорила Надя. Осторожно, чтобы не разбудить сладко спящего сына, нагло занявшего большую часть кровати, раскинув руки и ноги «звездой», она встала и вышла в коридор.
— Надь, я слишком сонная, чтобы понимать недомолвки. Что случилось? — Лена зашла в кухню и достала банку с кофе, пытаясь одной рукой поддеть жестяную крышку.
Надя опять вздохнула.
Поняв, что ей не удастся таким образом открыть банку, Лена зажала телефон между плечом и ухом и, открыв, все же, емкость, насыпала меленый кофе в контейнер.
— Надь, ты чего молчишь-то, теперь? — набрав воды, она включила кофеварку. — Что такое, я же нервничать начинаю?!
— Понимаешь, Лен, ты только не подумай. Я не специально…, — подруга, будто, с трудом подбирала слова. — И не нервничай. Просто вчера, когда та авария, — Надя вздохнула.
Лена оперлась о стол, понимая, что ее снова начинает трясти, от одних мыслей о том, что было вчера. От того, кто там был. А ей так хотелось спокойного утра.
— Короче, я вчера совершенно забыла тебе одну вещь сказать, а это очень важно, Лен. Очень. Особенно, если мы хотим завтра все дело решить. А мы ведь хотим, нам тянуть некуда, — Надежда говорила все быстрее, с такой интонацией, что Лена поневоле начала проникаться необходимостью того, о чем она рассказывала. Хоть еще так и не разобралась, что случилось.- Нам же не надо затягивать ремонт машины, да и вообще, зачем нам вся эта канитель? Нам быстро все надо.
— Надь, — прервала Лена подругу. — Так, что случилось?
— Нам нужна копия его полиса, Лен, — тяжело выдохнув, произнесла Надя, — и чем скорее, тем лучше. Желательно, чтоб еще сегодня до обеда ты смогла ее достать.
Это очень важно.
Лена замерла.
Сделала глубокий вдох и потрусила головой.
Нет. Она не так что-то поняла. Или ослышалась. Точно, ослышалась.
— Какая копия, Надя? Чья? — почти со страхом переспросила она, протягивая руку за чашкой, да так и застыла, упираясь в настенный шкафчик.
— Алексея, Лен, нам нужна копия полиса Алексея, с телефоном того страхового отделения, где он оформил этот полис, и с адресом. Прости, я вчера совсем забыла об этом.
— Вот, черт! — Лена прижалась лбом к дверце шкафа. — Черт! И как я должна ее достать? Что мне теперь делать?
— Позвони ему, — настойчиво сказала подруга. — Нам очень нужна эта копия.
— Надя…, — Лена почти застонала в трубку. — Ты меня добить хочешь? «Позвони ему», — перекривила она подругу. — И, правда, а что такого, раз плюнуть — возьми и позвони! Я не могу!
— Можешь, Лена, — Надя стала говорить твердо и настойчиво. — И ничего трудного тут нет, ты ему ничем не обязана, в конце концов. Он виноват в аварии, и обязан предоставить тебе полис и его копию. Просто позвони ему и все. Я понимаю, что сложно. Но надо, Лена. Очень надо.
— Надь, — в голосе Лены послышались истеричные нотки. Однако она постаралась взять себя в руки, и все же открыла дверцу шкафчика, достав чашку. Поставила