Когда ее не стало

«дамочка», да еще хорошенькая, и не чемодан, а сумку. А жетон найден в куртке Светланы. Двенадцатилетний мальчишка ее видел. А если не ее, то кого? А горячий чайник? У Сергея голова шла кругом.
Если анализировать случившееся, точно свихнешься. Надо стать беспристрастным наблюдателем и проверять все факты, но не пропускать каждое событие через себя.
Можно по-разному относиться к приведениям, фотографиям и жетонам. Можно доверять или не доверять интуиции, но он не мог найти ответа на свои вопросы. Будь Светлана жива, она не пряталась бы, а связалась с ним и все объяснила. Но ничего подобного не происходит. А значит, кто-то затеял эту идиотскую игру и, наблюдая со стороны, подсмеивается над ним. Не для него же профессор Крылов писал медицинское заключение, да еще копию в мэрию отправлял.
Сергей расстегнул молнию. Все правильно, детская доверчивость. Светлана никогда ничего не запирала. Все вещи новые, некоторые с ярлыками. На дне лежали бумажник и маленький фотоальбом. Денег в бумажнике не было, он обнаружил там только Светланин паспорт и квитанцию на получение денег на Белгородском почтамте. Но кто мог переслать ей пятьдесят тысяч? Отправитель не указан. Черт с ними, с деньгами. Откуда взялся паспорт? Она умерла. Есть свидетельство о смерти. А его не выдадут, если не сдан паспорт умершего.
Сергей открыл альбом с фотографиями. Семейных снимков здесь не было. И вряд ли альбом мог принадлежать Светлане. Улица Пушкина, ресторан «Магнолия» с трех сторон. Зал ресторана, посетители за столиками. Одного он узнал: Игорь Казанчеев с какой-то девицей пьет шампанское. Муж Люси. Три дня назад вернулся из Египта. Игорь был его внештатным снабженцем, доставлял оборудование и все, что требовалось для лаборатории. То, что он гуляет от жены, неудивительно. Похожие слухи доходили до ушей Сергея. Игорь симпатичен, энергичен, моложе Люси… причин много. Не ему осуждать чужих мужей. Сергей не любил копаться в грязном белье.
Три снимка показались ему странными. Зачем фотографировать дверь служебного входа и стойку бара, на которой стоит ваза с отрывными спичками, причем ваза снята еще и отдельно. Рекламный прием, содранный у американцев. Пакетики со спичками с логотипом ресторана – реклама заведения. Ходячий пиар.
Больше ничего интересного он в сумке не нашел. Может быть, в самом ресторане найдет? Светлана никогда не носила с собой ничего ненужного. Значит, снимки имеют определенный смысл.
Как бы решить главный вопрос… Не носила? Или не носит?

В последние дни мэр вел себя очень странно. Он утратил былую активность. На совещаниях молчал, и всем казалось, что он неважно себя чувствует. Слухи о пошатнувшемся здоровье Пичугина ходили давно, но это были лишь слухи. Раз в неделю мэр ездил в онкологический центр на прием к врачам. Это настораживало. Однако доктора молчали, видимо, из соображений врачебной этики. Похоже, здоровье мэра действительно ухудшалось – теперь он стал ездить в клинику дважды в неделю. Пичугин все еще был центральной фигурой города, и его визиты к врачам не могли остаться незамеченными. Распорядок дня главы города знали все, кто интересовался общественной жизнью. Будучи консерватором, Пичугин многие годы не менял своих привычек и следовал установленным порядкам. Это его и подвело.
Выйдя из больницы в окружении телохранителей, Пичугин направился к машине. Вдруг прогремел выстрел, и с головы мэра слетела шляпа. Несколько охранников тут же повалили его на землю и накрыли своими телами. Трое других выхватили пистолеты, пытаясь определить, откуда был произведен выстрел. Задача сложная: три девятиэтажных корпуса окружали двор перед главным корпусом, из которого они вышли. Все окна открыты. На улице стояло настоящее лето, температура воздуха достигала двадцати пяти градусов. Рядом справа раздался второй выстрел, следующий прогремел слева, как будто из цветочной клумбы, но человеку спрятаться там невозможно. Разноцветные тюльпаны – неудачное место для засады.
Мэра подняли и втолкнули в бронированный лимузин. Здесь ему ничто не угрожало. На место происшествия тут же вызвали полковника Визгунова.
Начальник криминальной полиции появился почти моментально. Осмотревшись, он даже не стал садиться в машину, где сидел мэр, а начал задавать вопросы главному телохранителю Федорчуку.
– Вы поняли, откуда стреляли?
– Нет, Андрей Борисыч, – Федорчук подал полковнику простреленную шляпу. – Олег Иванович постоянно крутит головой. Пуля попала в центр тульи. Прицелься киллер на три сантиметра ниже – попал бы в лоб.
– Хотел бы – попал бы. Дело