Когда любовь ждет

возможность отдать Кемпстон своему наемнику-французу Рольфу д’Амберу, этому дьяволу Черному Волку. Неудивительно, что ему дали такое прозвище! Это зверь-грабитель. Мне даже не позволили попытаться решить дело с помощью суда!» — простонал Алан.
Видя ярость Алана, Леони возмутилась. Она знала его всю свою жизнь. В детстве они вместе играли, и она даже мечтала стать его женой. Однако по мере взросления обнаружилась его слабохарактерность, и Леони поняла, что он будет плохим мужем, но они оставались друзьями. Несправедливость короля была чудовищной, и даже хуже того, потому что Алан не отличался храбростью, чтобы защитить себя, и некому было помочь ему.
«Алан, если ты решишь защищаться, то я созову своих воинов».
«Нет, — прервал он ее взволнованно. — Леони, мне известно, что ты готова мне помочь, но я не могу просить тебя об этом. Черный Волк слишком силен. И даже сейчас он со своими воинами готовится захватить Кемпстон. Если бы за его спиной не стоял король…» — Он умолк, и было понятно, что только король помешал бы ему вступить в схватку.
«Куда ты уедешь, Алан?»
«В Ирландии живет один из моих двоюродных братьев».
«Так далеко?»
«Придется. Если я останусь в Англии, Волк найдет и убьет меня. Это чистая правда, Леони, — уверенно сказал он. — Мало того, что Генрих отдал мой дом Черному Волку. Этот выродок жаждет моей смерти, чтобы я никогда не смог потребовать вернуть мне Кемпстон Не стану пересказывать тебе все, что слышал о нем, потому что ты станешь бояться своего нового соседа. Но знай — он похож на Генриха. Он тоже никогда не забывает причиненного ему зла, сохраняет в сердце ненависть. Веди себя с ним осторожно, Леони. Помни об этом».
Ей не следовало забывать предупреждения Алана и нужно было постараться сохранить мир с соседом. Теперь было слишком поздно. «Он никогда не забывает причиненного ему зла, сохраняет в сердце ненависть».
Леони охватил ужас. Она была причиной неприятностей Рольфа д’Амбера, и у него был повод ненавидеть ее.
— Тебе нечего делать, Леони? — послышалось за ее спиной.
Она обернулась и увидела, что в комнату вошла Джудит.
— Нет ничего, что требовало бы моего внимания, госпожа.
— Рада слышать это. Я опасалась, что ты откажешься.
Леони сухо улыбнулась.
— Если говорить об этом, госпожа, могу сказать только одно — выбор короля неприемлем.
— Дорогая, я не осуждаю тебя. Если бы я знала, что моего мужа интересует только владение моей землей, мне это тоже было бы не по душе «Ах, вот в чем дело!» — подумала Леони и спросила:
— Вам это известно?
— Видишь ли, д’Амбер пытался купить Першвик. Разумеется, Уильяму пришлось сказать, что он не может продать его, что это часть твоего приданого. Тогда он попросил тебя в жены, но твой любимый отец не пожелал отдать тебя тому, кого интересует только твоя земля.
— Отец отказал в его просьбе?
— Конечно. Но ты видишь, что получилось. Этот человек пошел прямо к королю, и теперь, хочешь не хочешь, ты достанешься д’Амберу.
— Нет, не достанусь. Я сказала, что не принимаю его. Я не стану женой Рольфа д’Амбера.
На мгновение в глазах Джудит вспыхнул огонек.
— Конечно, станешь. По правде говоря, Леони, хорошо было бы иметь выбор, но раз в дело вмешался король, ты должна понять, что выбора нет. Если отцу придется вынуждать тебя, это разобьет его сердце, но он будет вынужден заставить тебя. Он не может пренебречь распоряжением короля.
— Зато я могу.
— Не будь глупой девчонкой! — бросила Джудит, представив себе столкновение отца с дочерью, в ходе которого слишком многое может вскрыться и все может рухнуть.
— Генриха интересуют только собственные желания, а он желает, чтобы ты стала женой д’Амбера. Ни твой отец, ни ты не бросите вызов королю.
Вспыхнув от гнева, Леони вскочила со стула.
— Оставьте меня, Джудит. Нам больше нечего сказать друг другу.
— Есть что сказать, — мрачно ответила Джудит — Ты поклянешься мне всем святым, что выйдешь замуж за нынешнего владельца Кемпстона.
— Клянусь, что нет.
— Глупая! — резко выкрикнула Джудит. — Ты сама этого хотела. Ричер! — позвала она, и в комнату вошел тот, кого Леони боялась. — Ты знаешь, что нужно сделать, — продолжала Джудит, обращаясь к нему. — Не отходи от нее до тех пор, пока она не принесет клятву.
С этими словами Джудит вышла из комнаты. Она пошла убедиться в том, что в зале никого нет и в ближайшее время не появится. Никто не должен слышать.
Леони попыталась сдержать бешеное биение сердца, готовясь к худшему со стороны этого могучего грубияна. Длинные спутанные волосы и густая борода точно соответствовали его грубым манерам. Тусклые голубые глаза пронзили Леони странным светом, отчего