Когда любовь ждет

Читая ее, Леони нахмурилась.
— Она от Алана Монтиньи.
— От сэра Алана? Госпожа, но вы ведь говорили, что он в Ирландии.
— Он уже уехал оттуда. Он просит меня встретиться с ним на пастбище, которое отделяет наши владения от соседских. — Леони еще больше нахмурилась. — Что же он здесь делает?
— Вы встретитесь с ним?
— Встретилась бы, но он просил о встрече сегодня в полдень.
— Мне казалось, он боится вашего мужа.
— Да, боится.
— Тогда о чем он думает, возвращаясь в логово Черного Волка?
— Не называй его так, — резко бросила Леони.
— Прошу… прошу простить меня, госпожа. Глаза Леони расширились. Пресвятая Богородица, что с ней происходит?
— Ничего страшного, Уилда. Отправляйся спать. День был долгий.
Когда Уилда бесшумно вышла из комнаты, Леони бросила записку в огонь, потом забралась в постель, которую служанка застелила простынями, захваченными в дорогу. Но сон не шел. Она не могла не думать об Алане. Чем объяснить его возвращение домой — ведь раньше он уверял, что это будет стоить ему жизни?
Она задумалась о том, не были ли его слова ложью. Все, что Алан рассказал ей в тот день про ее мужа, оказалось либо ложью, либо было внушено страхом. Насколько Леони знала теперь, Рольф д’Амбер оказался не тем человеком, кого она прокляла в тот роковой день. У него были свои слабости, но характеру его не была присуща жестокая мстительность. Она сама могла подтвердить это.
— Ты спишь, Леони?
Как тихо он вошел в комнату!
— Нет, мой господин.
— Тогда, может быть, ты поможешь мне? Я отправил Дэмиана спать.
Она улыбнулась. В последнее время он так неохотно просил ее помочь, совсем не так, как поступал в прошлом — высокомерно. Ей подумалось — не жалеет ли он о том, как держался раньше.
— Сядьте сюда, мой господин.
Она встала с узкой кровати, которая была намного меньше их собственной постели, и принялась развязывать его сапоги. Дэмиан уже снял с него тяжелую кольчугу.
— Мне хотелось бы проверить вашу рану, — попросила Леони. — Нужно посмотреть, не открылась ли она в дороге — В этом нет нужды.
Голос Рольфа звучал очень слабо.
— Развеселите меня, господин.
— Развеселите меня, господин, — устало повторил он. — Ты просишь многого, а даешь так мало. Развесели ты меня, госпожа. Скажи, почему ты лишаешь нас возможности жить счастливо?
Она оцепенела, потом отвела глаза.
— Вы знаете почему.
— Разумеется. — Он вздохнул. — Мне казалось, что твое отношение могло бы измениться.
Воистину она была озадачена. С чего бы он спрашивал об этом, тогда как именно он не давал им возможности жить счастливо? Тут ее поразила невероятная мысль о том, что Рольф держит при себе любовницу из-за того, что она, Леони, холодна с ним. Она была поражена настолько, что замерла на месте, не шелохнувшись. Может быть, он только дожидается того, что она почувствует к нему нежность, чтобы отказаться от той женщины?
Леони совсем пришла в замешательство. Не стоит ли прекратить этот разговор или все же спросить о том, что так занимало ее?
— Позвольте… позвольте мне снять с вас рубашку, — торопливо произнесла она, наклоняясь к нему В этот момент ее полотняная сорочка распахнулась, и взгляд Рольфа устремился на ее прелестную грудь. Послышался его долгий глубокий вдох, потом он медленно поднял глаза, и их взгляды встретились. Она увидела в его взоре страстное желание и осознала, что со времени ранения он жил в воздержании. Сейчас он был утомлен после дороги, однако это, кажется, не имело значения.
Щеки Леони вспыхнули, и она запахнула сорочку. Сейчас не время для его любовных притязаний. Может ли она обсуждать с Рольфом тревожащий его вопрос, если он продолжает так разглядывать ее?
Не зная, как следует поступать, она взялась за подол рубашки Рольфа и осторожно сняла ее через голову, чтобы не разбередить рану. То же она проделала с его нижней рубашкой, потом отошла в дальний угол комнаты, чтобы он мог встать с постели и раздеться до конца.
Напряжение было невыносимо, и в конце концов она выпалила:
— Мой господин, если., если бы мое отношение изменилось., вы бы удалили леди Амелию от себя? Нет Он ответил решительно, не колеблясь, и душу Леони охватила тоска. Она горестно смежила глаза. Глупая! Она задала вопрос, который задавать не стоило, и получила ответ, которого боялась.
— Какое отношение одно имеет к другому? резко спросил Рольф.
— Н-никакого, мой господин, — прошептала она.
— Тогда объяснись.
Леони потеряла голову. Что может она сказать ему? Ей вспомнились слова Амелии о том, что Рольф не любит, когда ревнуют. Может быть, он так и понял ее вопрос, решив, что она ревнует? Разумеется, она не ревновала. С какой