Когда он был порочным

встал, внезапно охваченный желанием уйти. Ему вообще не следовало приходить.
— Отчего же нет? — спросил он небрежным тоном. — Ты обожаешь это место. Джон обожает это место. И путешествие туда не покажется таким уж долгим, если рессоры у кареты хорошие.
— А ты поедешь? — спросил Джон.
— Думаю, нет, — ответил Майкл несколько резко. Еще не хватало присутствовать на годовщине их свадьбы! Это только напомнит ему лишний раз о том, чего он никогда не будет иметь. И вдобавок усилит его вину. Напоминания о ней были излишни: он жил с чувством вины каждый день.
«Не желай жены двоюродного брата своего».
Должно быть, Моисей просто забыл записать эту заповедь.
— У меня много дел здесь, — сказал Майкл.
— В самом деле? — спросила Франческа, и в глазах ее вспыхнул интерес. — И что это за дела?
— Ах, ну, знаешь, — сказал он с кривой усмешкой, — всякие хлопоты и приготовления, чтобы вести рассеянный и бесцельный образ жизни.
Франческа поднялась.
О Господи! Она поднялась и шла прямо к нему. Вот это было хуже всего — когда она дотрагивалась до него.
Она положила руку ему на плечо. Майклу потребовалась вся сила воли, чтобы не вздрогнуть.
— Мне не нравится, когда ты так говоришь, — сказала она.
Майкл посмотрел через ее плечо на Джона, который держал газету достаточно высоко, чтобы можно было сделать вид, что он увлечен чтением.
— Опять будешь устраивать мою судьбу? — спросил Майкл довольно недобро.
Она отстранилась.
— Мы любим тебя.
«Мы». Не «я», не «Джон», а «мы». Ненавязчивое напоминание о том, что они единое целое. Джон и Франческа. Лорд и леди Килмартин. Она вовсе не вкладывала такого смысла в свои слова, но он услышал именно это.
— И я люблю вас, — сказал Майкл, покорно ожидая, что сейчас для него начнутся казни египетские.
— Знаю, — отозвалась она, не замечая его страданий. — Ты лучший из двоюродных братьев. Но я хочу, чтобы ты был счастлив.
Майкл бросил на Джона взгляд, в котором явственно читалось: «Спасай!»
Джон перестал притворяться, что читает, и опустил газету.
— Франческа, дорогая, Майкл — взрослый человек. Он обретет свое счастье с кем сочтет нужным. Когда сочтет нужным.
Франческа поджала губы, и Майкл сразу понял, что она рассердилась. Ей не нравилось, когда ей перечили, да и мысль, что она не может организовать свой мирок и людей, населяющих его, удовлетворительным для себя образом, вызывала раздражение.
— Надо познакомить тебя с моей сестрой, — сказала она. Боже всемогущий!
— Я знаком с твоей сестрой, — быстро сказал Майкл. — Я знаком со всеми твоими сестрами, даже с той, что еще в пеленках.
— Она вовсе не в… — Франческа смолкла на полуслове и даже зубами скрипнула. — Признаю, что Гиацинта вряд ли подходит, но Элоиза…
— Я не женюсь на Элоизе, — отрезал Майкл.
— Я не говорю, что ты должен жениться, — сказала Франческа. — Просто потанцуй с ней раз-другой.
— Я уже танцевал с Элоизой, — напомнил Майкл. — И думаю, этого достаточно.
—Но…
— Франческа, — подал голос Джон. Сказал он это мягко, но смысл был совершенно ясен: «Прекрати».
Майкл готов был расцеловать его за столь своевременное вмешательство. Джон, разумеется, полагал, что просто избавляет своего двоюродного братца от бессмысленного женского приставания, он никак не мог знать правды, а именно, что братец его тем временем пытается определить, какова же будет степень вины, если испытывать любовь к жене двоюродного брата и сестре собственной жены.
Боже всемогущий, жениться на Элоизе Бриджертон! Франческа что же, смерти его хочет?
— Надо бы нам пойти прогуляться, — вдруг сказала Франческа.
Майкл глянул в окно. Последние отблески дневного света давно погасли.
— Не поздновато ли для прогулки? — спросил он.
— Нет, если гулять в сопровождении двух сильных мужчин, — сказала Франческа, — кроме того, улицы Мейфэра прекрасно освещены. Ничего с нами не случится. — Она обернулась к мужу: — Что скажешь, дорогой?
— У меня сегодня вечером назначена важная встреча. — Джон сверился с карманными часами. — Но ты сходи прогуляйся с Майклом.
Еще одно доказательство того, что Джон представления не имеет о чувствах Майкла.
— Вы вдвоем всегда прекрасно проводите время, — добавил Джон.
Франческа обернулась к Майклу и улыбнулась, тем самым проникая еще чуть глубже в его сердце.
— Пойдешь со мной? — спросила она. — Просто умираю, как мне хочется глотнуть свежего воздуха, раз уж дождь прекратился. И я весь день чувствовала себя как-то не в своей тарелке.
— Ну разумеется, — ответил Майкл, так как было общеизвестно, что у него-то никогда не бывает важных назначенных встреч.