Когда он был порочным

эклеров больше не осталось, — заметила Софи, поглядывая на нее с симпатией.
У Франчески упало сердце.
— А шоколадное печенье?
— Тоже закончилось.
— Так что осталось?
— Миндальный пирог.
— Это который на вкус как пыльная тряпка?
Он самый, — подтвердила Элоиза. — Это единственное сладкое блюдо, которое мама не попробовала заранее. Я ее предупреждала, конечно, но меня никто никогда не слушает.
Франческа чуть не заплакала. Смешно, конечно, но предвкушение любимых сладостей было единственным, что поддерживало ее в данный момент.
— Ну, веселей, Фрэнни, — сказала Элоиза, которая, задрав подбородок, выглядывала что-то поверх толпы. — Я вижу Майкла.
И верно, это был Майкл. Он стоял в начале зала и выглядел ужасно элегантно и греховно в своем черном бальном фраке. Вокруг него сгрудились женщины, что нисколько не удивило Франческу. Половина этих дам видела в нем жениха либо для себя, либо для дочери.
А вторую половину составляли молодые замужние дамы, которым нужно было от него нечто совсем другое.
— Я и забыла, насколько он хорош собой, — пробормотала Кейт.
Франческа сердито глянула на нее.
— Он очень загорелый, — добавила Софи.
— Он же был в Индии, — сказала Франческа. — Как же было там не загореть!
— Какая ты сегодня раздражительная, — заметила Элоиза. Франческа усилием воли заставила свое лицо превратиться в бесстрастную маску.
— Я просто утомлена бесконечными расспросами о Майкле, вот и все. Не так уж приятно все время говорить только о нем.
— Вы что же, рассорились с ним? — поинтересовалась Софи.
— Нет, конечно же, нет, — откликнулась Франческа, запоздало сообразив, что ее реплики создали ложное впечатление. — Но я весь вечер говорила только о нем. И доведена до такой крайности, что готова рассуждать о погоде.
— Гм…
—Да!
— Само собой.
Франческа даже не заметила, кто именно произнес последнюю фразу, так как они все четверо не сводили глаз с Майкла, окруженного стайкой женщин.
— А он и правда хорош собой, — вздохнула Софи. — Такие дивные черные волосы.
— Софи! Как ты можешь?! — воскликнула Франческа.
— Но он действительно красив, — защищалась Софи. — И потом, ты не возмущалась, когда Кейт говорила то же самое.
— Вы же обе замужем, — пролепетала Франческа.
— Следует ли это понимать так, что обязанность обсуждать его внешность ложится на меня как на старую деву? — осведомилась Элоиза.
Франческа оглянулась на сестру, не желая верить своим ушам.
— Майкл — совершенно неподходящий жених для тебя.
— Это почему? — Вопрос задала Софи, но Франческа заметила, что Элоиза с большим вниманием ожидает ее ответа.
— Потому что он ужасный повеса, — сказала она.
— Интересно, — пробормотала Элоиза. — Когда с неделю назад то же самое сказала Гиацинта, ты была вне себя.
Уж эта Элоиза! Всегда она все помнит!
— Гиацинта сама не понимала, что говорит, — сказала Франческа. — Собственно, она всегда говорит, сама не зная что. Кроме того, речь шла о пунктуальности Майкла, а не о его достоинствах как жениха,
— И что же делает его столь нежелательным женихом? — спросила Элоиза.
Франческа серьезно посмотрела на старшую сестру. Если Элоиза и в самом деле думает, что ей стоит позаигрывать с Майклом, то она просто не в своем уме!
— Так что? — не отступала Элоиза.
— Он не способен оставаться верным одной женщине, — сказала Франческа, — а я очень сомневаюсь, что ты сумеешь смириться с его изменами.
— Нет, — пробормотала Элоиза, — нет. Разве что он захочет смириться с тяжкими телесными повреждениями.
Тут все четыре дамы примолкли и вновь принялись беззастенчиво разглядывать Майкла и окружавших его женщин. Майкл как раз склонился и шептал одной из этих особ что-то на ушко, отчего та заливалась румянцем и хихикала, прикрывая рот ладошкой.
— Какой он, однако, вертопрах, — заметила Кейт.
— Есть в нем что-то эдакое, — согласилась Софи. — Эти бедняжки перед ним совершенно беспомощны.
Майкл улыбнулся своей соседке медленной, какой-то текучей улыбкой, и эта улыбка заставила даже представительниц семейства Бриджертон вздохнуть.
— И что, нам больше нечем заняться, кроме как шпионить за Майклом? — спросила Франческа с отвращением.
Кейт, Софи и Элоиза переглянулись и захлопали глазами.
— Нечем.
— Решительно нечем.
— Думаю, и правда нечем, — подвела итог Кейт. — В данный момент по крайней мере.
— Тебе бы следовало подойти к нему и поговорить, — сказала Элоиза, толкая Франческу локтем в бок.
— Это еще почему?
— Потому что он здесь.
— Также, как и сотня других