Когда вместе тесно

все это время так, словно на Алтае между ними ничего не было, наконец, вывели ее из себя. А еще ее взбесило то, что он тут страдания по Зое заливает.
— Да ты что? — Слава удивленно посмотрел на нее и улыбнулся. — Так вот оно в чем дело, а я-то думал… Значит, не хочешь?
— Не хочу!
— И поэтому между нами нет секса?
— Поэтому. — Катя встала из-за стола.
— А если бы ты хотела, то он непременно был бы, да? Это ты у нас решаешь?
Девушка молча отвернулась и хотела уйти.
— А ну стой! — Слава догнал ее в коридоре и схватил за руку.
— Пусти! — Катя забилась, пытаясь вырваться, но Слава потащил ее за собой в комнату и закрыл дверь.
— Сейчас посмотрим, от кого зависит наличие секса в нашей семье. — Бормотал он, подтаскивая сопротивлявшуюся девушку к постели.
— С ума сошел? — Катя испуганно смотрела на него. — Отпусти, говорят тебе! Мама сейчас придет…
— Ну и что? — Слава развернул ее спиной к себе и толкнул на постель. — Мы взрослые люди и ты моя жена, помнишь?
— Я кричать буду! — Катя все еще пыталась вырваться.
— Конечно, будешь! Но лучше кричи в подушку — нечего народ за стеной пугать.
Он заставил ее упереться руками в постель, но девушка брыкалась и пыталась лягнуть его пяткой. Тогда Слава вздохнув, подтянул ближе подушку и уткнул Катю в нее лицом, одной рукой удерживая затылок девушки, второй расстегивая свои джинсы и задирая ее платье.
Катя сначала попыталась вырваться, упираясь руками, она старалась поднять голову, потом, осознав, что ее усилия бесполезны, затихла, положив руки ладонями вниз по обе стороны подушки в знак того, что она сдается. Слава убрал руку с ее затылка и позволил ей вдохнуть воздуха.
— Ты сумасшедший извращенец. — Тихо проговорила она, уже, однако, не пытаясь вырваться.
— А ты стерва. — Он провел ладонью по ее ягодицам, спустил трусики.
— Переверни меня, мне так не нравится. — Вот тут Катя лукавила — коленно-локтевая поза была известна ей только теоретически. Катя считала, что заниматься сексом вот так ниже своего достоинства. Володя пытался настаивать, за что получал регулярные отлучения от Катиного тела. Подруги крутили у виска и говорили, что она не понимает, что теряет, однако Катя была в этом вопросе категорична (как собственно во многих других неизвестных ей сферах жизни). Нет, это унизительно стоять перед мужиком на коленях, они бы ей еще минетом заняться посоветовали.
А еще эта поза казалась ей смешной. А Катя в жизни не позволила бы себе быть смешной. Она всегда считала, что в сексе она смотрится красиво. И только в ту ночь со Славой все эти глупые мысли ни на миг не посетили ее голову.
Славина ладонь легла между ее лопаток, принуждая прогнуть спину. Она услышала, как упали на пол его джинсы, не удержавшись на бедрах, поняла, что он оттолкнул их ногой куда-то. Вся эта ситуация, она в этой позе, беспомощная… Все это до дрожи возмущало ее. Но вот тело ее вспомнило Славины руки, его ласки и вопреки разуму, который злился на то, как парень сейчас поступает, жаждало их и того, что за ними должно было последовать.
Слава, однако же, не торопился, а медленно сдвигал к затылку платье, обнажая ее спину. Когда пестрая ткань свалилась с Катиной шеи, он нежно прошелся по позвоночнику кончиками пальцев, отчего кожа ее тут же покрылась мурашками. Катя, кажется, даже почувствовала, как у нее на затылке поднялись тонкие волоски.
Слава кончиком пальца обвел окружность родимого пятнышка, а после его рука скользнула вниз и легла на ее грудь. Вобрала ее в ладонь, сжала нежно, а потом выпустила из своего захвата и двинулась вниз.
А Катя уже не думала о том, как она со стороны выглядит. И дрожала она уже не от возмущения, а от предвкушения тех потрясающих ощущений, что она испытала с ним на Алтае и никак не могла забыть. О которых не переставала мечтать каждую ночь.
Ну и наплевать, что он так наказать ее за то, что она его раздражает, решил. Разве это важно?
Его ладонь тем временем добралась до ее живота и замерла на нем. Вторая рука, держащая ее за бедро, легла на поясницу и через секунду Слава, резко дернув ее на себя, вошел в нее до основания.
Катя всхлипнула и замерла. Только ее руки судорожно сжали ткань платья, валявшегося рядом. Она не мигала и едва дышала, прислушиваясь к себе и к ощущениям, что вызывали в ней размеренные и сильные движения парня за спиной. Что-то у нее внутри сжималось все сильнее и сильнее, словно пружина затягивалась все туже. Словно душа заходилась. И от каждого толчка сильного мужского тела, волны будоражащего удовольствия растекались по ней.
Слава поставил одну ногу на постель, отчего проникновения стали глубже, а ощущения острее. Катя уже не могла сдержать стоны, которые он