Катя и Слава с трудом переносят друг друга. Не своей волей они становятся мужем и женой. Что ждет их в этом нежеланном браке? Как скоро поймут, что смогут быть счастливы? И преодолеют ли шаг разделяющий ненависть и любовь?
Авторы: Diurdana
прости, совсем влетело из головы.
— Конечно, куда тебе помнить о такой ерунде. У тебя же других забот полно, других радостей, то есть… Я сегодня видела, как вся группа поздравляла вас. Я видела, как они смеялись надо мной. А еще не было похоже, что вас женили насильно — стояли там рядышком, такие довольные. Счастливые…
— Зоя, — Слава сел рядом, — опомнись! О чем ты говоришь, ты же все прекрасно знаешь.
— А что я знаю? Я начинаю сомневаться. Скажи мне, Слава, ваш брак действительно фиктивный?
— Сколько можно? Я один раз сказал тебе, почему ты достаешь меня с этим вопросом постоянно? Ребята решили нас поздравить, мне что, нужно было всем и каждому идти объяснять, что случилось на самом деле? Зоя, я не ожидал и растерялся, если честно. А потом преподаватель, Катин отец со своими путевками…
— С какими путевками? — Зоя насмешливо вздернула бровь. — Свадебное путешествие?
— Типа того… ребята подарили.
— Ясно… — Зоя усмехнулась думая о чем-то своем и продолжила. — Ты женился на ней, хоть мог избежать этого брака, ты живешь с ней, ты катаешься на ее машине, она видела тебя голым и в довершение ко всему, ты с ней едешь отдыхать… И ты еще будешь убеждать меня в том, что между вами ничего нет и все не по-настоящему?
— В чем ты пытаешься меня обвинить? Я не собирался ехать с ней никуда. Заметь, я здесь, с тобой, прошу тебя поторопиться, чтоб не опоздать на поезд. Если бы ты просто доверяла мне, не пришлось бы тратить столько нервов.
— Я тебе один раз поверила и что? Слава, едь с ней куда хочешь, а меня оставь в покое. Мне надоело быть посмешищем.
— Ты понимаешь сейчас, о чем говоришь? Зоя, я устал от тебя. Устал от того, что ты прогоняешь меня, потом зовешь. Устал от этой стервы, которая живет рядом со мной. Я между вами как… И вы обе насилуете мой мозг. Ладно она — она это специально делает. Но ты… Ты-то почему меня понять не хочешь?
— Не хочу. Ты прав, не хочу. Уходи, Слава. И знаешь, я могу облегчить тебе задачу, если тебе неудобно оставить бедную Зою. И совесть тебя мучить не будет, и гордость не пострадает от того, что какая-то… тень твоя, тебя бросила.
— Зоя, что ты несешь?
— Это я расклеила фото тебя и Кати по институту, слышишь? Я. Я нашла их в ее тетради в тот день, после пожарной тревоги. Вот так, Слава. Что молчишь?
Слава и правда молчал и только пронзительно смотрел на нее. Он сжал губы в тонкую линию, и девушка видела, как заходили желваки на его скулах, а руки сжались в кулаки. Зоя вдруг поняла что наделала. Вот только слов своих назад забрать уже нельзя. Как бы она не настраивала себя на то, что стоит признаться, все же до конца сомневалась в себе и боялась. Как бы не убеждала себя минуту назад, что им лучше расстаться, однако когда опять сама все сломала, стало горько. Слава все еще стоял перед ней и так смотрел на нее… Столько чувств было намешано в его глазах, что Зое стало невероятно больно. Она поняла по-настоящему, что она его только что потеряла. Действительно потеряла, а не представила себе как это. И это оказалось не так больно, как она думала, а в сто раз больнее. Хотелось прижаться к нему, обнять за талию и сказать, что она пошутила, только бы он обнял ее в ответ. Или просить у него прощения до тех пор, пока он ее не простит.
Горячка от ссоры проходила, и девушка вдруг поняла, что раз она сама так виновата перед ним, имела ли она право так много требовать от него?
Почему все эти умные мысли пришли к ней так поздно?
— Слава… — Прошептала девушка. — Прости, я…
— Мне пора. — Наконец сказал он равнодушным голосом. — Мне надо обдумать новости, Зоя.
— Мы еще увидимся? — спросила она ему в спину.
— Не знаю… Может быть. — Ответил он, не оборачиваясь, и передернул плечами так, словно что-то сбрасывал с них. — Прощай.
Он ушел, а Зоя, уткнувшись в подушку, горько расплакалась.
Выйдя из подъезда, Слава спокойно сел за руль машины, включил зажигание и плавно тронулся с места. Он сдерживал бушевавшие в нем чувства, не позволяя себе думать о признании Зои. Он не просто запретил себе вспоминать ее слова, он вообще не хотел о ней думать. Словно в его сердце, там, где раньше была она, теперь появилась пустота.
Вернувшись домой, и, припарковав машину, парень наткнулся в коридоре на Катю. Пока он разувался, она стояла рядом и что-то противно жужжала над его ухом. Что-то о его праве уехать на ее автомобиле, забыв саму ее в институте. И о том, как ей натерли новые туфли на шпильке, в которых и сидеть-то было неудобно, не то, что ходить. И о том, что если он не пошутил на счет Алтая, пусть не надеется, что она впишет его в страховку и еще что-то. Жужжала она, пока он так на нее не рявкнул, что девушка моментально заглохла и ретировалась в комнату,
