Кол

— Что же теперь будет? — спросила Лейн.
Пит, хмурясь, посмотрел на Ларри.
— Можем мы все это отложить на время? Ведь нам просто необходимо все заснять на пленку. Я и камеру купил специально… Господи, как будто черти дернули меня за язык.
— Думаешь, ее еще можно будет починить? — спросил Ларри.
— Не знаю. Я должен проверить ее. И если даже мне удастся отладить, я все равно не смогу купить запчасти завтра.
— Вы хотите сказать, — сегодня? — спросила Лейн.
— Да. Воскресенье. Нельзя ли отложить все это до понедельника. Я либо отремонтирую ее к тому времени, либо куплю новую. Хорошо?
— Это как решит Джина, — сказал Ларри. — Ты можешь подождать до понедельника?
Джина вздохнула.
— Мне не хочется нарушать ваши… Ладно, я согласна. Вы так долго этого ждали. — Она недовольно покачала головой. — Но при одном условии. До этого времени гараж будет заперт на замок. Я не хочу, чтобы ты опять ходил сюда ни во сне, ни наяву.
— Я и сам не хочу, — сказал Ларри.
— Вот здорово, — обрадовался Пит. — Спасибо.
— А теперь тебе лучше поспешить домой, — сказала Джина, — и присмотреть за Барбарой.
— Если только она впустит меня в дом. Она уже наверняка названивает адвокату по поводу развода. Или заряжает мой кольт.
Ларри, даже несколько довольный, что Пит так расстроен, похлопал его по плечу.
— Если мы услышим выстрелы, то вызовем скорую помощь.
— Спасибо тебе, дружище.

Когда Лейн проснулась, комната ее была залита солнечным светом. Она чувствовала себя прекрасно, но всего лишь один момент. Затем воспоминания о страшной ночи с Крамером нахлынули на нее. Охваченная стыдом и ужасом, она отбросила в сторону одеяло, села и схватилась за живот. Ее тошнило. Она соображала с трудом. В голове жуткие картины сменяли одна другую, сердце ее колотилось, тело горело, внутри все сжалось.
Она боролась с этими непрошенными воспоминаниями. Словно пыталась засунуть дюжины извивающихся змей в коробку. А они поднимали головы, набрасываясь на нее, пытаясь вонзить в нее свои ядовитые зубы. Но, наконец, она запихала их всех и захлопнула крышку. Хотя теперь их не было видно, тем не менее, ей казалось, что она слышит их шипение, и слышит, как они бьются внутри, пытаясь вырваться и укусить ее.
Она, постанывая, сидела на кровати, пот градом катился с ее лица, ночная рубашка прилипла к телу.
«Я убью этого ублюдка, — подумала она. — Это точно.
Что мне еще остается делать?»
Прошлой ночи для него было недостаточно. Он дал это ясно понять. И если Лейн предпримет какие — либо шаги против него, он прирежет ее бритвой. И родителей тоже. Он убьет их всех.
Так же, как он убил Джессику и ее семью.
«Мой Бог, — подумала она. — С чего я это взяла? Ведь Крамер не говорил мне ничего подобного».
Но это он убил их. Лейн внезапно поняла это. Ведь Джессика ходила к нему на шестой урок. Он, видимо, занимался этим с нею, пока она не доставила ему каких-то неприятностей. Это он избил ее, он сломал ей руку. А вовсе не Бенсон. Крамер преподнес ей урок по поводу их отношений, но этого оказалось недостаточно. Может, она не захотела больше иметь с ним дела. А, может, он испугался, что она проговорится. Поэтому на прошлой неделе он проник к ним в дом, безжалостно убил всю семью, а потом устроил поджог.
«То же самое он сделает и с нами».
Когда она вошла в гостиную, отец сконфуженно улыбнулся ей. Он сидел в своем кресле, с книжкой в руках, на столике перед ним стояла кружка кофе.
— Добрый день, — сказал он.
Лейн поцеловала его в щеку. Она была колючая от щетины.
— А где мама?
— Пошла на двенадцатичасовую мессу.
— Как хорошо, что она не стала меня будить ради этого.
— Решила, что тебе надо выспаться. Как чувствуешь себя?
— Да вроде нормально.
— Надеюсь, никаких кошмаров с вампирами тебе не снилось?
— Кажется, нет, — ответила Лейн. «Если у меня и были кошмары, то они были не о вампирах», — подумала она. — А как ты?
— Мы с твоей матерью не спали до рассвета.
Лейн заставила себя улыбнуться.
— У вас была небольшая дискуссия?
— Все обошлось. Лучше, чем я того заслуживаю. Когда увидишь ее, лучше не напоминай ей лишний раз о нашей гостье в гараже.
— Интересно, как дела у Пита?
— Выстрелов мы не слышали.
— Это — хороший знак.
— Не думаю, что твоя матушка простила бы так быстро того, по чьей вине она намочила штаны.
— Пааапааа.
Он фыркнул и покачал головой.
— Там на кухне несколько сладких булочек для тебя.
— Не хочу. Может,