Кол

Барбары. Несмотря на возникшее чувство неловкости, взгляд отводить ему не хотелось. Под лестницей лежал покойник. Но каким-то образом тело Барбары, просвечивающей сквозь бюстгальтер, снимало неприятное чувство тошноты.
Но Ларри все — таки заставил себя опустить глаза. Правая штанина шорт Барбары задралась выше, чем левая. Оба бедра были поцарапаны, порезы кровоточили. Правая нога пострадала больше левой, но обе были достаточно ободраны.
Джина подошла к подруге:
— Ой, как ты исцарапалась.
— Ты мне будешь рассказывать.
— Ну, где вы там, — позвал Пит.
— Барбара сильно пострадала, — отозвался Ларри. — Вылезай оттуда и поедем домой.
— Тебе следует непременно это увидеть! Это отнимет у тебя пару минут.
«Я не хочу этого видеть».
— Слушай, Пит, твоя жена ранена.
— Минута — другая ничего не изменят. Тут лежит мертвое тело. Черт возьми, ты же писатель. Писатель ужастиков. Говорю же тебе, это не то, что можно пропустить. Иди сюда.
— Ступай, если хочешь, — сказала Джина. — А мы пойдем потихоньку к машине.
Ларри шмыгнул носом.
Барбара кивнула, все еще морщась и дрожа. Ее лицо и грудь лоснились от пота. Ларри опять поймал себя на том, что разглядывает ее грудь.
— Ступай, — подтвердила она. — Пойди, осчастливь его.
— А вы, девочки, не хотите взглянуть?
— Ты что, шутишь? — спросила Барбара.
— Давайте побыстрее, — попросила Джина.
Ларри отвернулся от двери и медленно пошел через вестибюль. Оглянувшись, он увидел, что Барбара с Джиной вышли на улицу.
Он почувствовал себя одиноким.
«Мне не обязательно оставаться здесь. Я мог бы пойти с ними».
Он не испытывал ни малейшего желания глядеть на несчастный труп.
Но непослушные ноги уносили его все дальше от солнечного света.
Под лестницей была отбита приличная часть панели, и открывался проход фута в два шириной. В проеме мелькал луч от фонарика Пита. Ларри боком протиснулся в проем.
— Я уж начал думать, что меня тут бросили, — сказал Пит.
— Я не мог упустить такой случай.
Ларри обнаружил Пита стоящим на досках, упавших сверху. Казалось, он застыл, выпрямившись во весь рост, вытянув вперед правую руку и держа в ней фонарь, будто пистолет. Луч фонарика указывал на гроб, втиснутый изголовьем под нижние ступеньки.
Тело было прикрыто, по крайней мере по шею, старым коричневым одеялом. Одеяло было в морщинах, будто его засунули в гроб и не потрудились расправить.
У трупа были длинные светлые волосы. Кожа на лице казалась сморщенной и высохшей. Ларри видел ввалившиеся глазницы, впалые щеки, губы, раздвинутые в безумной ухмылке, обнажающей зубы и десна.
— Разве в это можно поверить? — прошептал Пит.
Ларри покачал головой:
— Может, труп не настоящий?
— Не глупи. Когда я вижу настоящий труп, я узнаю его.
— Выглядит почти, как мумия.
— Да уж. Кажется, нам стоит осмотреть его, а?
Плечом к плечу они подались вперед. Пит освещал труп фонариком.
«Идиотизм», — подумал Ларри. Раньше он такого не видел. Весь его опыт общения с покойниками сводился к присутствию на трех похоронах. Но те покойники выглядели так, будто могут запросто сесть и пожать вам руку.
Этот же покойник выглядел так, будто он может сесть и вцепиться в тебя зубами.
«Не смей так думать», — велел себе Ларри.
Внутренняя часть лестницы преграждала путь, им пришлось низко склониться над гробом. Пит присел на корточки и подался вперед. Ларри продолжал стоять согнувшись. Чувство самосохранения удерживало его на месте. Казалось, ступени давили на него, старались пригнуть его еще ниже, уткнуть лицом в труп. Ларри упал на колени и вытянулся, собираясь опереться о край гроба. Но прежде, чем он коснулся его, до него дошло, что он собирается сделать. Ларри отдернул руки и уперся ими в колени.
Небрежно смятое одеяло не закрывало икры и ноги покойника. Они были голые, цвета старого дерева, сквозь высохшую кожу проступали кости. Ногти были такие длинные, что загибались вниз на подошву. Ларри вспомнил, что ногти и волосы продолжают расти после смерти. Но он слышал, что это просто миф; только казалось, что они растут, потому что кожа вокруг них сжимается.
— Держу пари, что он тут лежит уже давно, — прошептал Пит. Он склонился над гробом. Указательным пальцем он провел по лбу трупа.
Ларри охнул.
— Что случилось?
— Как ты только можешь трогать его?
— Подумаешь. Попробуй. Похоже на голенище сапога. — Он провел пальцем по светлой брови.
Ларри представил, как палец Пита скользит в глазницу, касается века, вдавливает его и протыкает.
— Давай, потрогай его, —