Кол

посматривал назад. Пит тоже оглядывался, но не так часто.
Наконец, они дошли до машины. Ларри одним махом вскочил на сиденье, захлопнул дверцу и запер ее. В кабине было тепло. Хорошо было укрыться от ветра. Лицо и руки слегка пощипывало. Ларри откупорил бутылку с виски и приложился пару раз, пока Пит садился за руль.
Ларри протянул бутылку Питу.
Пит покачал головой. Он щелкнул выключателем, и кабину машины залил свет. Нервно поглядывая на Ларри, Пит нырнул под сиденье.
Ларри наблюдал, как он шарил по полу машины, — голова его вертелась во все стороны, а пальцы нащупывали ручку оплетенной двухлитровой бутыли.
«Боже, да он боится, что кто-нибудь мог забраться в машину!»
Пит смерил длину своего пикапа и поднял голову. — Здесь прохладно, — сказал он, вылезая.
Сев на место, он выключил свет в салоне. Завел мотор. Пит протянул руку Ларри, и тот вложил в нее бутылку. Выпив, он отдал ее обратно.
— Ну что, мы готовы повеселиться по — настоящему?
— Я лично уже достаточно повеселился на сегодня.
— Ну ты же не бросишь меня, так ведь?
— Да что ты станешь делать с трупом, даже если мы и привезем его домой?
— Ты напишешь о нем роман.
— О чем? О том, как у нас в доме гостил какой-то псевдовампир?
— Точно.
— Пусть себе лежит здесь. Пока женщины не заставили нас избавиться от него.
— Верно. Нам надо что-то с ним сделать. Может, мы выясним, кто она такая.
— Это каким же образом?
— Начнем с начала, Лар. Давай притащим ее домой, а потом решим, что делать дальше.
— А почему бы нам сперва все не выяснить, а уж потом перевозить ее?
— Да мы уже приехали. Когда еще будет такая возможность? Давай, друг, мы же договорились. Не подводи меня сейчас.
— Я не подвожу. Я просто не понимаю, чего мы этим добьемся. Наш роман должен быть не просто историей о паре идиотов, притаскивающих домой всякую дрянь и доводящих своих жен до кондрашки. Даже правдивая история нуждается в постоянном развитии сюжета, в драматических событиях, кульминации. Особенно в кульминации. А у нас же ничего нет.
— Ну, мы случайно выдергиваем кол.
— А эта проклятая тварь лежит себе, как ни в чем не бывало.
— Может, — да, а, может, — нет.
— Ну, продолжай. Ты же сам сказал, что это — не вампир.
— Ну, мы же точно ничего не знаем. Очевидно, кому-то показалось, что она — вампир.
— Хорошо. Предположим, мы выдергиваем кол, и она оказывается вампиром?
— Ну, это будет нечто, а? Тогда у нас точно будет бестселлер.
— Если она нам не перекусит раньше глотки.
— Ну, мы примем все меры предосторожности, когда надо будет. Понимаешь, всякие там распятия, связки чеснока. Купим пару наручников или свяжем ее покрепче.
— А что будет, если мы вытащим кол, а ничего не случится? Похоже, что так и будет. Тогда что?
Пит тронул машину с места.
— Большая неудача, — вот, что будет, — объяснил ему Ларри.
Пит вывел машину на дорогу и медленно двинулся по направлению к Отелю Полынной Степи.
— Давай просто поедем домой и выбросим все это из головы.
— Ты же сам сказал, что мы все должны проговорить заранее, на слух.
— Мой слух велит забыть об этом.
— Я придумал кое — что получше. — Пит повернулся к Ларри. В неясном лунном свете его зубы сверкнули в улыбке. — Ты говоришь, что мы потерпим неудачу, если выдернем кол, а труп останется как есть. Давай сразу сейчас выясним, вампир она или нет. — Он повернул машину к отелю и остановился около дверей. — Давай пойдем и вытащим кол.

Ларри дрожа стоял перед машиной и направлял луч от фонарика на двери отеля. Они были закрыты. Засов болтался на одной петле, и никто не исправил то, что раньше сломал Пит. Дужка так и висела вырванной из косяка.
Пит подошел к двери, держа в руках монтировку.
— Она тебе не понадобится, чтобы войти сюда, — прошептал Ларри.
Кивнув, Пит приладил инструмент за пояс. Он оглядел улицу. Потом поднял аппарат и сфотографировал двери.
Когда Пит шагнул в двери, Ларри остановил его, схватив за плечо.
— Минуточку.
— Я собираюсь войти. Если ты боишься…
— А ты — нет?
— Ну, конечно, боюсь. Но это меня не остановит. Можешь подождать здесь, если хочешь.
Рука Ларри опустилась. Он пошел следом за Питом. Ноги у него подгибались, словно ватные, и дрожали. Под ложечкой сосало. Сердце сильно билось, а рот судорожно хватал воздух.
«Кто же напишет книгу про Пита, — думал он, — если я сейчас сыграю в ящик от сердечного приступа?»
Пит открыл дверь. Ларри осветил фонариком вестибюль.