Кол

Пит засмеялся.
— А ты выглядишь, словно тебя поджаривали на сковородке. Как насчет того, чтобы привести себя в порядок и поехать с нами? Мы с Барби собираемся прокатиться за реку, проверить, как функционирует казино. Приглашаем и тебя.
Ларри почувствовал, как в голове опять помутилось. — Не издевайся. Я того и гляди рухну. — Ларри растер лицо руками и зевнул.
— Очень поздно лег вчера?
— Ха — ха. Я поднялся, проспав всего час.
— Надо было спать, как я. Чувствую себя, как молодой олень.
— Да что там говорить… Я начал новую книгу.
— Книгу?
— Угу.
— Фантастика! Старина, ты не теряешь даром времени.
— Наверное, я просто хочу поскорее со всем этим покончить.
— Ты действительно пишешь об этом?
Ларри кивнул. Голова была тяжелой.
— Почти закончил третью главу. Это… Чувствую, что я на волне. Действительно, хорошо продвигаюсь.
— Ладно, не буду тебе мешать. Забудь, что я тут говорил о казино. Барби скажу, что не смог вытащить тебя.
— Ты не говорил ей о… об этой штуке?
Пит посмотрел на Ларри, словно тот спятил с ума.
— Рано или поздно она все равно должна об этом узнать.
— Чем позже, тем лучше. Сколько ты сможешь написать до того, как вернутся Джина и Лейн?
— Не знаю.
— У тебя еще в запасе целых два дня, — сегодня и завтра. А гроб спрятан хорошо. Может, пройдет неделя, а то и больше, прежде чем кто-нибудь заинтересуется. А ты в своей книге будешь так далеко, что это уже не будет иметь никакого значения.
— Не знаю, — опять сказал Ларри.
— Сколько страниц ты уже накатал?
Ларри пожал плечами.
— Что-то около тридцати, наверное.
Лицо Пита просияло.
— Здорово! Тридцать! Просто потрясающе. Ты все это сделал за сегодняшнее утро? Неудивительно, что ты выглядишь так паршиво.
— Спасибо.
— Ладно, я убираюсь отсюда. Возвращайся и выдай еще несколько страничек. Это потрясно. — Пит вышел на улицу и опять повернулся к Ларри. — Если захочешь чего — нибудь выпить и пообедать, заканчивай к пяти.
— Хорошо. Спасибо. Хотя я не знаю.
Когда Пит ушел, Ларри, шатаясь, пошел в спальню. Он стянул с себя влажную одежду и плюхнулся на матрац.
«Только немножко вздремну», — подумал он.
Он проснулся, судорожно глотая воздух, весь мокрый от пота. Часы на тумбочке показывали 2:15.

Ларри вытерся полотенцем и влез в шорты. Они были еще влажными, но в них было прохладней. На кухне он налил себе ледяного чаю, положил на крекеры салями и сыр и взял все это в свой рабочий кабинет.
«Перебьюсь с этим пару часов, — подумал он. — А потом приятный прохладный душ, одеваюсь и вперед к Питеру и Барбаре.
Это будет чудесно. Посижу с ними, как вчера, выпью несколько коктейлей…»
Ларри прочитал несколько последних предложений на экране и добавил новое. Затем еще одно. Потом они полились потоком снова, пальцы не поспевали за словами в голове.
Ларри был весь в книге. Он жил ею.
Ледяной чай и крекеры исчезли. Ларри закурил трубку и принес еще чаю. Когда и этот чай был выпит, он не смог себя заставить оторваться, чтобы принести еще. Ларри писал и писал, отирая влажными руками с лица пот. Капли пота стекали по груди и бокам, останавливаясь на поясе шорт. Позднее ветерок охладил его влажную кожу. Высушил ее. Во рту пересохло. Он пообещал себе, что скоро закончит и отправится к Питу и Барбаре и там наконец-то напьется. После этой страницы. Или после следующей.
Вдруг Ларри заметил, что в комнате стало темно, лишь янтарным светом светился экран компьютера. Темно и холодно. В открытое окно тянуло ночной прохладой. Ларри понял, что сидит неподвижно, дрожа и стуча зубами от холода.
Совершенно потеряв ориентацию во времени, прищурясь, он вгляделся в тусклый циферблат часов.
Десять минут восьмого.
Не может быть. Что случилось со временем? Ларри понимал, что он очень увлекся работой, но не настолько же, чтобы позволить себе пропустить коктейли и обед.
До него даже не дошло, что последний час он писал в темноте, полураздетый и замерзший.
Ларри перечитал последнее предложение.
«Со странной смесью грусти и предвкушения свободы я смотрел, как автомобиль, увозящий от меня мою жену и дочь на выходные, свернул за угол».
— Боже милостивый, — пробормотал он.
Он вернулся к началу главы. Она была названа «Глава шестая». Страницы пронумерованы не были. Сколько же страниц он написал за сегодня? Семьдесят? Восемьдесят?
Обычно у него выходило от семи до десяти страниц.
Самое большее, что у него когда