Кол

Ларри откинулся на стуле и уставился на экран. «Мой Бог, — подумал он. — Я оказался прав!»
Он вспомнил о своих вчерашних размышлениях после того, как прочитал о кремации жены и дочери Урии. Он тогда еще заинтересовался, не подумал ли этот сумасшедший ублюдок о вампирах, когда приказал сжечь их тела. Но вчера это показалось ему маловероятным.
Но этот тип, оказывается, держал чеснок, распятия и колы в своей комнате.
Значит, это он охотился на девушек, считая их вампирами, убившими его семью.
Невероятно!
Ларри удивился, почему он никогда не слышал об этом раньше. После того, что было найдено в комнате Урии, вся пресса должна была просто сойти с ума. История должна была стать известной повсеместно.
Но, вероятно, слишком много внимания уделялось такой чуши, как национальный опрос, массовый поток рассказов об НЛО, выпотрошенный скот, рожавшие мужчины и прочие вещи такого рода.
В официальной печати об этом, возможно, вскользь и сообщалось, но Ларри не мог ничего припомнить. Летом 1968 года состоялись куда более важные события: убийство Роберта Кеннеди, арест Джеймса Эрла Рея за то, что он стрелял в апреле в Мартина Лютера Кинга; беспорядки на улицах из — за Вьетнама; убийство Кинга. Поэтому неудивительно, что не было уделено почти никакого внимания какому-то там сумасшедшему в заброшенном городе, похитившему трех подростков, посчитав их вампирами. Тем более, если тела так и не были найдены, а Урия не был арестован.
Ларри сделал очередную копию и продолжил поиск дальше.
В небольшой заметке в номере от 17 августа сообщалось, что тщательное обследование Полынной Степи и ее окрестностей не дало ничего нового в поиске пропавших девушек. Урия Радли все еще находится на свободе.
В воскресенье, 1 сентября, в Первой пресвитерианской церкви состоялось богослужение по Сандре Данлап, Линде Латам и Бонни Саксон. Присутствовали семьи и друзья пропавших девушек. Было предложено всем помолиться за их благополучное возвращение и утешить их близких во время этого тяжкого испытания.
Ларри отметил, что служба не была названа «поминальной». О девушках «вспоминали», но не произносили «поминальных речей». Наверно, все уже догадывались, что никогда больше не увидят бедных девочек, но все еще хватались за самую малую тень надежды.
Ларри сделал копию и с этой заметки, просмотрел через экран остальные страницы и, не обнаружив ничего интересного, перешел к следующим микрофишам в коробке. Он просматривал их одну за другой, добрался наконец до конца сентября, но не нашел больше ни одной заметки ни об Урии, ни о пропавших девушках.
Но в Мюлехед-Бенде не было больше похищений. Вся серия закончилась на Бонни. В этом не было ничего удивительного, — Урия покинул их округ.
Он исчез еще до того, как полиция прибыла в Полынную Степь. Вероятно, он понял, что был опознан, пока выжидал в машине перед домом Бонни.
Ларри догадался, что он отвез ее в свой отель и спрятал тело под лестницей, надеясь придумать потом что — нибудь другое. Но что произошло с Сандрой и Линдой? С ними-то он так не торопился. Может, отвез их проткнутые колами тела в пустыню и закопал их там?
С другой стороны, он мог спрятать их в городе, как и Бонни. Ведь там все здания пустые и заброшенные. Урия мог замуровать их в. стенах или под полом.
«Интересно, смогли бы мы найти их», — подумал Ларри.
Действия полиции оказались безуспешными. Они не смогли найти даже Бонни, а ведь она была у них прямо под носом, когда они обыскивали отель.
Прямо под их носом.
Правда, то место под лестницей было закрыто. Там было жарко и сухо. Она не столько разлагалась, сколько мумифицировалась. Наверное, именно поэтому сильного запаха не было.
Ларри вспомнил запах, стоявший под лестницей. Сухой, пыльный, немного напоминающий запах старинных книг с пожелтевшими страницами.
А потом Ларри вспомнил ароматы из своего сна. Это был приятный запах ее шерстяного свитера. Ее волосы, упавшие на его лицо, пахли свежим утренним ветерком. Кожа слегка отдавала корицей, а легкое ее дыхание было мятным, как будто она совсем недавно почистила зубы.
Ларри откинулся на спинку стула. Закрыл глаза. И сразу же ощутил запах Бонни, словно наяву.
«Ты ничего не мог чувствовать, — сказал он себе. — Это только плод твоего воображения».
Хотя такой реальный.
Такой реальный, что даже воспоминание о нем вызывало жгучее желание.
Интересно, она пахла также, когда была жива?
Будет ли она пахнуть также, если вернется к жизни?
«Она — не вампир, — говорил себе Ларри. — Но допустим, что это так и есть. Допустим, я вытаскиваю кол, и она действительно оказывается вампиром. Будет ли она точно такой