Кольцо Атлантиды

ключ гробницу Неизвестной Царицы. Оба предмета взаимно дополняют друг друга. Таким образом, вор мог бы войти в гробницу и одновременно защититься от проклятия, еще более страшного, чем то, что охраняло мумию юного Тутанхамона.
— Но откуда вам это известно?
— Человек, которому поручено расследовать это дело, считается лучшим сыщиком Скотленд-Ярда, — это суперинтендант Гордон Уоррен… один из наших с Адальбером друзей!
Предостережение было очевидным, но, весь во власти увлечения Неизвестной Царицей, Лассаль не обратил на него никакого внимания:
— И этот предмет находится у Ассуари?
— Если бы я это знал, Уоррен уже был бы здесь! Поверьте мне, его присутствие невозможно было бы не заметить. Так что делайте выводы.
— А какой вывод сделали вы сами?
— Я? Да никакой! Я удовольствуюсь тем, что буду блюсти свои интересы. И вам советую поступить так же.
Широко улыбнувшись, Альдо удалился в комнату Адальбера, чтобы сложить в чемодан необходимые вещи. Но там его ожидал сюрприз. Собирая дорожный несессер, будильник и другие мелочи, он обнаружил чехол для визитных карточек из крокодиловой кожи, в котором среди визиток друга он обнаружил фото Салимы. Она, облаченная в костюм для раскопок, в широкополую соломенную шляпу, опиралась на кирку и улыбалась той доверчивой улыбкой, которая вначале так понравилась князю. Альдо со вздохом положил фото на место между веленевыми тиснеными карточками. Бедный Адальбер!

И двух суток не прошло с тех пор, как Адальбер поселился у Карима, а он уже чуть ли не сожалел о своей плавучей тюрьме. Не то чтобы хозяин был негостеприимен. Совсем наоборот! Карим не знал, чем угодить гостю, как сделать его пребывание в своем доме как можно более приятным. Он постоянно расспрашивал Адальбера о его вкусах и все время стремился составить ему компанию. Но он был слишком болтлив! И самое ужасное было то, что, не считая легких отступлений на темы внешних событий, погоды и литературных пристрастий, он говорил лишь только о Салиме!
Эта тема должна была бы показаться Адальберу увлекательной, и так бы оно и случилось, если бы молодой человек поведал только о том, что был знаком с Салимой с детства! Но он неизменно возвращался к истории их любви, и Адальбер от этого никак не мог решить, чего ему больше хочется: заплакать или удушить этого несносного Карима. Ему и без того нелегко было жить в доме своего соперника, который, не зная об этом, все больше и больше распинался о своих чувствах к Салиме. Адальбер был уже не в силах в сотый раз выслушивать нескончаемую сагу об их романтической любви!
Теперь Адальбер знал, что Карим, молодой адвокат каирской коллегии, достаточно состоятельный для того, чтобы не бегать за клиентами, и позволявший себе в любую минуту брать отпуск, встретился с внучкой Ибрагим-бея на одной из знаменитых вечеринок принцессы Шакияр, где они влюбились друг в друга с первого же взгляда и до потери сознания. Они вместе танцевали, вели беседы в саду под сенью светящихся фонтанов и договорились вскоре встретиться вновь. Их встречи стали постоянными, и Салима, мысли которой были заняты египтологией, пыталась увлечь своим пристрастием и возлюбленного, но как он мог думать о мертвых царицах, когда рядом с ним находилось самое «ослепительное создание» на Земле? К тому же эта прелесть еще и призналась, что любит его!
Карим поведал Адальберу о том, что был недоволен, узнав, что она решила ехать на раскопки с Видаль-Пеликорном в Долину царей.
— Она говорила о вас с таким восхищением, что, признаюсь, я даже приревновал. Вы жили с ней бок о бок дни и ночи, спали, разделенные только лишь тонким полотном ваших палаток, трудились сообща и делили каждый час дня и даже ночи…
— Не стоит преувеличивать! — ворчал археолог и сердито добавлял: — Мы ни разу не спали в одной постели!
— Ну, в этом я не сомневался! Салима слишком чиста, и ей чужда сама мысль о том, что можно лишиться девственности до замужества. Она дала слово, что будет моей. С тех пор я терпеливо жду, но нетерпение мое растет с каждой минутой, и я надеюсь, что день, когда сбудутся мои мечты, не за горами.
— Может быть, вы хоть немного утешились, когда она, бросив меня, ушла к Фредди Дакуорту?
— Утешился? Конечно, нет! Я упрекал ее в том, что она нарушила свое обещание!
С этого момента безоблачная история любви Карима и Салимы омрачалась, поскольку от предательства в Долине царей вела прямая дорога к тому, что случилось на острове Элефантина, где девушка, поправ любовь, согласилась отдать свою руку другому, хоть и принцу, и, наверное, богатому, но который был по крайней