Кольцо обратного времени

– сказал я торжественно. – Вот так мы и будем называть тебя – Голос!
Я доложил Олегу, что можно разрабатывать карту дальнейшего рейса к ядру. От Олега я завернул к Грацию, сел на диван, привалился к спинке. Я был основательно измотан.
– Тебе нужна помощь, Эли? – участливо поинтересовался галакт. – Могу предложить…
Я прервал его:
– Граций, ты знакомился с тем, как наш бывший Бродяга, ныне принявший имя Голос, входит в свою новую роль? Двигаться со сверхсветовой скоростью мы скоро сможем. И наши боевые аннигиляторы оживут, а без них мы – пушинка в бесновании стихий. Граций, помоги Голосу… Стань ему помощником.
Галакт с удивлением смотрел на меня.
– Что скрывается за твоим предложением, адмирал Эли?
Я закрыл глаза, минуту молчал. В голове не было ни одной ясной мысли.
– Не знаю, Граций. Смутные ощущения… У людей они имеют значение, а как объяснить их вам, когда не могу выразить их словами? Вы с Голосом одной породы… Просто это моя просьба, Граций…
Галакт ответил с величавой сердечностью:
– Я буду помогать Голосу, Эли.

Никто не знал, какие силы блокировали наши мыслящие машины, но силы эти, постепенно слабея, переставали быть непреодолимым заслоном. Меня лишь удивляло, что машины не просто отремонтированы, по формуле «не работала – заработала», а как бы пробуждены из сна – еще не было прежней быстроты решений, сохранялась какая-то вялость. Эллон заверил, что все прежние достоинства машин возродятся, когда блокирующие силы совершенно исчезнут, а дело идет к тому.
– Эллон, ты описываешь МУМ так, словно они наглотались наркотиков, а сейчас выбираются из беспамятства.
– Что такое наркотик? Что-то специфически человеческое, да? Но что машины выбираются из беспамятства – точно. И когда полностью очнутся, вы сможете дать отставку вашему парящему в шаре любимцу.
– Тебе так ненавистен Голос, Эллон?
Вместо ответа он повернулся ко мне спиной. Человеческой вежливости демиургов в школе не обучают, а Эллон к тому же не забыл о том, что когда-то был подающим надежды разрушителем.
Разговор с Эллоном заставил меня призадуматься. В день, когда МУМ полностью войдут в строй, Голос будет не нужен – этого я отрицать не мог. Но неполадки с мыслящими машинами порождали недоверие к ним. Они слишком легко и слишком неожиданно разлаживались. На Земле никто бы не поверил, что такие надежные механизмы, как МУМ, способны отказать все разом. Способы экранирования МУМ разрабатывались не одно десятилетие и не одним десятком первоклассных инженеров. Экранирование должно было сохраняться в любых условиях. В Гибнущих мирах оно защищало плохо. Гарантию, что экранирование не сдаст и впредь, не сумел бы дать и сам Эллон.
Все эти соображения я высказал Олегу. Он пожал плечами:
– Никто не принуждает нас удалять в отставку Голос, когда заработают МУМ. Почему бы им не дублировать друг друга?
– Именно это я и хотел предложить. Но вряд ли Эллон будет доволен.
Олег негромко сказал:
– Разве я давал обещание исходить из того, доволен или недоволен Эллон? Пока командую эскадрой я, а не он.
– Каков твой план? – спросил я. – Продолжаем рейс к ядру или возвращаемся – в связи с потерей трех четвертей флота?
Он ответил не сразу.
– Рейсовое задание далеко от выполнения. Но и лезть на рожон не хочется…
– Мы и в созвездии Гибнущих миров не выполнили своих намерений, – напомнил я. – Клочок ясного неба, обещанного аранам, – где он?
С той минуты, как звездолеты восстановили способность движения, больше всего я думал об этом. Сразу после катастрофы страх порождал лишь одно чувство – бежать, бежать подальше от проклятого места. Страх прошел, и снова вставал все тот же вопрос – помочь ли аранам? Как вывести бедствующий народ из дремучего леса несчастий? Это не было обязанностью, в рейсовом задании нет пунктов об облагодетельствовании встречающихся народов. Мы явились сюда разведчиками, а не цивилизаторами. Со спокойной совестью мы могли и отвернуться от Арании. Не было у меня спокойной совести. Я терзал себя сомнениями. Посетив рубку, я признался в них Голосу.
– Ты хочешь рискнуть оставшимися кораблями, Эли?
– Я пытаюсь отыскать иной метод очищения пространства. «Таран», уничтожавший пыль, выведен из строя, попытка взрывом добавить чистого пространства кончилась катастрофой. Впечатление, что рамиры – если это они – вначале только остановили нас, а когда мы продолжили свои усилия, рассердились и наказали.
– Но не уничтожили полностью. Либо не могли уничтожить, либо не захотели. Ответ на этот вопрос