Поставив последнюю точку во «Властелине Колец», профессор Толкиен закрыл дверь в созданный им мир эльфов и гномов, орков и гоблинов, хоббитов и людей и выбросил магический ключ. Лишь одному писателю — Нику Перумову — удалось нащупать путеводную нить в таинственный и хрупкий мир Средиземья.
Авторы: Ник Перумов
Эриадор; Малыш, Фолко и Торин направлялись на юг. Перед расставанием гномы и Фолко сошлись в тесный круг.
— Вот и окончился путь нашего отряда, — заговорил Торин. — Но мы не должны терять друг друга из вида. Дори! Как я смогу узнать о тебе и ваших делах?
— Мы доберемся до Эсгарота и оттуда напишем в Аннуминас, в «Рог Арахорна», — ответил Дори, изо всех сил старавшийся казаться спокойным. — Но раньше ноября не ждите вестей от нас! Пока ещё обоз перевалит через Туманные Горы… Ну а потом — вы знаете, где искать нас.
Они замолчали. В горле у хоббита встал комок — впервые он расставался с теми, с кем сражался плечом к плечу и делился дорожным хлебом. От нового, незнакомого чувства щипало в глазах. Он шмыгнул носом и, подняв голову, заметил, что стыдливо отворачиваются друг от друга и остальные.
— И будем помнить об оставшемся здесь, — со вздохом молвил Торин. — Да не потревожится никем покой его ложа…
Гномы молча склонили головы. Прощание окончилось, они стали расходиться. Фолко взобрался на спину своего пони и примотал к луке седла повод второй лошадки, навьюченной их дорожным припасом. Малыш — небывалое дело! — сам отдал столь ревностно сберегавшееся им пиво друзьям, оставив себе лишь небольшой жбан. К уже сидящим верхами Фолко и Торину подъехал Рогволд.
— Вам лучше всего будет добраться до роханских постов на Южном Тракте, — пряча под улыбкой печаль, сказал бывший сотник. — Они покажут кратчайший путь к Сторожевому Лесу вокруг Исенгарда, но сами в него не пойдут — о нём идёт дурная слава, хотя я не верю в эти бабьи сказки. Сейчас идите строго на юго-запад, не пройдёт и недели, как вы окажетесь на Тракте. Оттуда до Ворот Рохана ещё дней двенадцать.
— Я хотел напрямик, — возразил Торин. — Так у нас уйдёт лишь две недели вместо трех.
— Я бы не рисковал пересекать сейчас Дунланд, — покачал головою Рогволд. — Кто их знает, этих горцев, дурной они народ.
— Когда по левую руку от меня будет одна лига до гор, я не побоюсь никаких дунландцев, — гордо ответил Торин.
Они разошлись в разные стороны. Захлопали ремённые вожжи, лошади влегли в хомуты; тронули поводья и Фолко с Торином. Часто оборачиваясь, расходящиеся путники махали друг другу, посылая товарищам последний привет. Едва заметная тропка свернула вниз, к узкой и быстрой Сираноне, и Фолко потерял людей и гномов из виду.
Торин не последовал совету Рогволда, направившись прямо на юг вдоль неприступных скал Туманных Гор. Печальная местность с покинутыми домами и зарастающими дорогами уступила место лесистым предгорьям, долгим и крутым холмам, покрытым негустыми, прореженными многочисленными рубками лесами. По склонам холмов сбегали бравшие начало в горах чистые и быстрые речушки; над их прозрачными водами нависали густые кроны буков и грабов. После долгих недель подземных странствий глазам хоббита пришлось вновь привыкать к многоцветью мира.
Первые три дня они ехали по ещё сохранившимся кое-где дорогам; на четвёртый — их взор уже не встречал никаких следов человека, однако Торин бестрепетно повёл их в самую глубину предгорных лесов. Они держали горы по левую руку от себя, и с таким ориентиром нечего было бояться сбиться с дороги.
Сперва хоббит опасался встречи с какой-нибудь из бродячих разбойных шаек; он крепко помнил слова Теофраста о тайных поселениях лихих людей в этих краях; однако день шёл за днем, минула неделя, а они по-прежнему встречали лишь отпечатки звериных лап.
Как-то ночью хоббит ощутил было знакомое томительное удушье, неясный страх, подкативший липким комком к горлу, и понял, что Глубины исторгли на поверхность ещё одно свое порождение; однако путники уже были слишком далеко, чтобы это задело их по-настоящему, хотя хоббит и проснулся в холодном поту, судорожно схватившись за оружие.
Хороши и привольны были эти дикие края; впрочем, леса вскоре кончились, отступив на девятый день перед натиском широких травяных степей. Путники выходили к границам Дунланда.
Однако выбраться из длинных лесных языков на простор степной дороги оказалось куда как непросто. Вдоль границы леса деревья были свалены и нагромождены длинными, высокими засеками, тянувшимися далеко вправо и влево. Засеки содержались в порядке — нигде не было видно гнилья, да и мох покрыл лишь самые нижние стволы.
— Кто-то отгораживается здесь, — озабоченно бросил Торин, проехав вдоль немудрёного укрепления. — Пеший, конечно, перелезет… А вот как же нам?
— Кто же их делал? — спросил хоббит, торопливо оглядываясь по сторонам, точно ожидая появления из зарослей неведомых врагов.
— Мы ж не знаем, что осталось у нас за спиной, — кивнул Торин. — Наверняка какие-нибудь друзья-товарищи того Дрона, что
