Кольцо Тьмы

но где подтверждение?
— Хроники Гондора говорят ясно, — перебил второй. — «И пал черный дождь из золы; и пламень Роковой Горы достиг неба; и в сердце пламенной бури вонзались Назгулы, подобные черным молниям, и Огонь Глубин поглотил их навеки». — Нобиль опустил запрокинутую голову, кончив цитировать.
— Зачем нам лгать? — вступил в разговор Амрод. — С какой целью могли мы явиться сюда?
— Никто не винит вас во лжи, — примиряюще поднял руку Этче-лион. — Просто слишком уж невероятно рассказанное вами… Быть может, существует более простое объяснение?
— Мы были бы рады дать его, будь оно у нас, — ответил Фолко. — Но ведь наши слова легко проверить. Короли Гондора владеют Палантиром. Почему не воспользоваться им?
— Никто, кроме короля, не может смотреть в этот камень, — с оттенком сожаления проронил герцог.
Фолко скрипнул зубами.
— Если предположить, что все рассказанное вами — правда, — задумчиво продолжал Этчелион, — тогда нам нужно немедленно поднимать все силы, которыми мы располагаем. Этот приказ я отдать не могу. Небольшая наша постоянная армия отобьет даже крупное вторжение кочевников — но против сил всего Востока… Можете ли вы показать на карте эту самую Цитадель Олмера?
Хотя принесенная и расстеленная карта изобиловала белыми пятнами, Леса Ча и Опустелая Гряда на ней отыскались — у самого восточного обреза. Герцог и его приближенные склонились над ней.
— Откуда же будет нанесен их удар? — ни к кому в отдельности не обращаясь, спросил Этчелион. — Вы можете назвать место их сборного пункта?
— Место назвать не могу, — покачал головой Фолко, — а вот куда ударят… Тут гадать не приходится. Олмеру прекрасно известна история Войны за Кольцо — и он не повторит ошибки Бледного Короля. Он не станет биться лбом в стены твердыни Минас-Тирита. Не повторит он и ошибки Неназываемого — не станет разбрасывать свои силы на тысячелиговом фронте от моря до Серых Гор. Я думаю, он всеми силами обрушится на Рохан — идеальный проход дальше на запад, а против Гондора может двинуть истерлингов с юга и оставить сильные заградительные отряды. Арнорская помощь может не успеть, силы Соединенного Королевства окажутся рассеченными надвое — и разбить их по частям будет куда легче.
— Значит, место их сбора тебе в точности неизвестно, — словно не услышав речи хоббита, продолжал Этчелион. — Планы их ты тоже не знаешь. А что до твоих предположений…
Все трое нобилей, как по команде, дружно фыркнули.
— Бред! — заявил один.
— Ерунда! — подхватил второй. — Никакой враг не дерзнет оставить в тылу непокоренный Гондор!
— Пусть попробуют прорваться в Анориэн! — продолжал третий.
—  Тут-то мы с роханцами и возьмем их в клещи. Пусть идут!
—  Вы слышали? — обратился герцог к хоббиту и его товарищам.—Я согласен с тем, что было высказано. Гондор остановит любое вторжение уже одним фактом своего существования. Никакой полководец, если только он не безумен, не дерзнет выставлять какие-то там заслоны против всей нашей мощи. Мы ведь не собираемся отсиживаться за стенами, как три века назад! Харад-римам не продвинуться дальше Пороса — если только они не запрудят реку собственными телами. Так что двойного удара с севера и юга нам опасаться не приходится. Не того полета орлы сейчас в Хараде, да и истерлинги давно уже не те, что в годы Войны за Кольцо.
Фолко ничего не оставалось, как молча проглотить обиду. Проклятые гондорские спесь и самоуверенность! И это Этчелион, самый толковый и рассудительный из приближенных короля! Что же тогда скажет сам повелитель, отрешившийся от земного, по словам Атлиса?
Молодые же дворяне, переглянувшись, как по команде набросились на друзей с вопросами, подвергая сомнению каждый пункт их рассказа. К удивлению хоббита, особое возмущение вызвал у них Великий Орлангур.
— Сказки! — кричали они. — Как может из ничего зародиться нечто? Откуда у него такие сведения? Где гарантии, что он сам — не коварный слуга Тьмы?
Здесь уже возмутились эльфы. Тон беседы стал опасно повышаться, но тут герцог поднял руку, останавливая спорящих.
— Я думаю, что вам, бесспорно, нужно предстать перед его величеством, — сказал Этчелион и дипломатично прибавил: — Все в его руках. Если я получу его приказ — ратники начнут собираться в тот же день.
Кивком головы герцог отпустил незадачливых послов.
Один из его приближенных отправился вместе с ними — распорядиться об отдыхе и обеде для гостей.
У выхода маялся Атлис, отпустивший назад своих разведчиков, но сам задержавшийся узнать результаты посольства. Он кинул лишь беглый взгляд на лица путников и досадливо дернул плечом.
Когда они устроились в отведенных им покоях дворца и двери закрылись