Поставив последнюю точку во «Властелине Колец», профессор Толкиен закрыл дверь в созданный им мир эльфов и гномов, орков и гоблинов, хоббитов и людей и выбросил магический ключ. Лишь одному писателю — Нику Перумову — удалось нащупать путеводную нить в таинственный и хрупкий мир Средиземья.
Авторы: Ник Перумов
эльфийских напевов смешивались доносимые ветром из-за стен лихие песни врагов. В стане Олмера всю ночь били барабаны; между кострами сновали темные тени. Похоже, никто не спал там в эту ночь.
Фолко веселиться не мог. Голову сдавливала тупая боль. Он наяву чувствовал присутствие здесь, совсем неподалеку, чего-то пугающего, тяжелого, темного. Словно Сила, которой так беззаботно воспользовался наконец Олмер, подкосила его, окончательно взяв в нем верх над человеческим — мелькнула мысль у хоббита.
На следующий день они так и не дождались солнца. Досель недвижно стоявшие над Серой Гаванью тучи походили на очень большой навес, так что и утром, и вечером лучи светила все-таки достигали стен города; на сей же раз не появились и они. Серый сумрак окутал поле боя. В сердца защитников холодной змеей вползла давящая тяжесть страха. И в то же время…
— Они уходят! Они уходят от Гавани! — принесли неожиданную весть очумевшие от увиденного разведчики, посланные в ночь Барахиром.
Густые колонны войск уходили прочь от крепости, иные — на северо-восток, иные — на юг. Лагерь Олмера быстро пустел, но черно-белое знамя по-прежнему вилось на высоком шесте, воткнутом в землю на том самом холме, где Вождь сразил Наугрима. Взамен ополчений восточных племен из глубины, из дальних тылов, выдвигались иные силы.
Сыграли тревогу. Поспешно расхватывая оставленное по обеденному времени оружие, Фолко и его товарищи бросились к бойницам. Внизу, на равнине, вновь сбивались готовые к штурму полки — но совершенно не те, что в первый раз подступали к стенам. Фолко не видел людей! Ни хеггов, ни носителей топоров, ни ховраров, ни повелителей тигроволков — никого не было. Да что там хегги и ховрары! Он не мог узреть и ударных сил Вождя, — приносившие ему победы истерлингские и ангмарские конные сотни, отонскую пехоту Прирунья, несравненных стрелков-хазгов.
А вместо них… Вместо них плотнее сбивали свои ряды бесчисленные орки — и мордорские, и Сарумановы. Поодаль от них ревел, размахивая дубинами, большой отряд горных троллей, знакомых еще по походу Отона; мелкие рядом с ними, точно псы подле медведей, суетились гурры. А во мгле за ними угадывались странные мерцания — странные для любого, кто не видел оживающих Обманных Камней. И Фолко с содроганием понял, что поклоняющиеся Могильникам вместе со своими чудовищными повелителями тоже подоспели к долгожданной для них кровавой жатве.
— Да он, похоже, собрал сюда всю нелюдь Средиземья! — оторопело воскликнул Маленький Гном, глядя на происходящее округлившимися от удивления глазами.
— А ну как он сюда Ночную Хозяйку притащит? — мрачно процедил Торин.
— Сохрани нас от этого Дьюрин, — отмахнулся побелевший Малыш.
И вновь — ожидание. Острили притупленные и исщербившиеся во вчерашней сшибке мечи; мастера из гномов торопливо, наспех чинили прорванные, пробитые брони. На стенах заметно поубавилось эльфов, а тут еще стали один за другим появляться полураздетые мокрые гномы, хриплыми голосами кричавшие, что они почти закончили пробивать тоннели навстречу Пожирателям Гор и чтобы все защитники были наготове — когда пойдет вода, может приключиться нешуточное землетрясение.
Затем командовавший «их» башней арнорский сотник (Фолко частенько вспоминал Рогволда, но никто не слышал о нем, хотя многие знавали ловчего) вернулся с военного совета у Барахира. И принесенные им вести оказались куда хуже всех прочих.
Эльфы уходили из города. Мастера Кэрдана закончили последний корабль, и теперь Владыка Серой Гавани готовился идти на прорыв. Но бросить остальных защитников города он не мог тоже и разрывался между опасностью совокупного штурма с моря и с суши и опасностью потерять честь. Он предлагал оборонявшим стены людям, пробивавшим тоннели гномам уйти, прорваться с боем, пока есть возможность, пока рати Олмера отошли от городских стен.
— Там нас ждет только рабство, — ответил ему Барахир. — Мы будем сражаться! Впрочем, я никого не держу. Пусть, кто желает, попытает судьбу в поле. Вряд ли она окажется лучше нашей!
Воины разошлись по местам. Амрод, Беарнас и Маэлнор собрались втроем, что-то негромко и встревоженно обсуждая. Фолко бросил на Амрода вопросительный взгляд.
— Там, под стенами, очень злая Сила, — вполголоса пояснил эльф. — Очень злая. Одна и главная. А кроме нее, другие, помельче, но тоже мертвые. — В глазах эльфа билась тревога. — Боюсь, людям не выдержать этого натиска.
Хоббиту оставалось лишь бессильно сжать зубы.
Далеко за их спинами, где-то в гавани, негромко запели прощальные рога. Кэрдан созывал своих на корабли. Ухало и грохотало под ногами — все громче с каждым часом; гномы были близки к завершению своих трудов.
