Поставив последнюю точку во «Властелине Колец», профессор Толкиен закрыл дверь в созданный им мир эльфов и гномов, орков и гоблинов, хоббитов и людей и выбросил магический ключ. Лишь одному писателю — Нику Перумову — удалось нащупать путеводную нить в таинственный и хрупкий мир Средиземья.
Авторы: Ник Перумов
А на палубе лицом к лицу стояли Тубала и гномы. Лицо воительницы скрывали ночные тени, но лунный свет выразительно играл на длинном клинке. Эльдринги уже готовы были броситься на девушку, но Санделло предупреждающе поднял руку.
— Сейчас, — хорошо знакомым хоббиту ледяным голосом произнес он — и шагнул вперед, собой закрывая Фолко и гномов.
— Сначала тебе придется сразиться со мной.
Непривычно широкий изогнутый меч поднялся в защитную позицию.
— Сначала тебе придется сразиться со мной, — не меняя выражения, повторил горбун.
Тубала тяжело дышала. Ее громадный клинок тоже дрогнул, поднимаясь.
— Не вмешивайтесь! — резко бросил горбун, краем глаза заметив движение в радах эльдрингов.
— Э, Санделло, это ты, что ли? — спохватился Малыш. — Торин, он что, решил драться вместо нас?! Да когда такое было?!
Фолко и Торин дружно шагнули вперед, обнажая оружие.
— Ну тогда вы все умрете! Все! — взвизгнула Тубала. Похоже, она отбросила последние сомнения.
В следующий миг Санделло атаковал.
Серебристый вихрь захватил в свои объятия поднявшийся меч Тубалы, закрутил его, отклоняя в сторону; горбун сделал всего одно мягкое, неразличимое движение, в один миг оказавшись рядом с Тубалой; и кулак горбуна с размаху ударил воительницу в подбородок — совсем не по благородным правилам боя, но зато наверняка. Тубала опрокинулась навзничь.
— Вот так, — холодно проговорил Санделло. — А теперь поднимите ее кто-нибудь!..
Горбун повернулся к замершим Фолко, Торину и Малышу. В лунном свете хоббит разглядел, как тонкие бледные губы старого мечника растянулись в некоем подобии улыбки.
— Вот и свиделись, — спокойно заметил он, точно расстались они не десять лет назад, а самое большее с неделю.
— Так ты и есть Санделло? — Вингетор умел соображать быстро.
— Он самый, — сообщил тот.
— Тогда мы бы о многом хотели порасспросить тебя…
— Только я не на все отвечу, — без улыбки ответил горбун.
— А я все-таки скажу — привет тебе, доблестный Санделло! — И Фолко, чувствуя, что ссора готова вот-вот вспыхнуть, поспешно шагнул вперед, протягивая горбуну руку. Тот, уже спрятав меч, осторожно коснулся ладони хоббита мокрыми пальцами — и Фолко тотчас же вспомнил силу этой руки…
— Привет и тебе, доблестный хоббит, которого я назову — «освободитель Олмера», — глухо, но с искренним почтением ответил Санделло. — Давай договоримся сразу. Я не собираюсь вникать в твои секреты — твои и твоих друзей. Мне нет дела до того, что вы разыскиваете здесь, — но готов, не спрашивая деталей, помочь своим мечом. Взамен я прошу только одного — не мешайте мне исполнить мой собственный долг.
— Как нам это сделать, если ты ничего толком не рассказываешь? — Вингетор пристально смотрел на горбуна. — И зачем ты обещаешь нам помощь? А вдруг замысленное нами помешает тебе?
— Тогда я первым сообщу тебе об этом, сильномогучий тан. — Санделло пожал плечами. — И в твоей власти будет решать, как поступить со мной. Сейчас скажу лишь одно — я враг здешним обитателям. Они гонятся за нами и, уверен, дорого оценили бы наши с Тубалой головы…
— А ты не знаешь, кто она такая? — тотчас влез любопытный Малыш.
— Знаю, — холодно кивнул горбун.
— И кто же?
— Об этом — не здесь и не сейчас! — отрубил Санделло. Он держался так, словно не его только что спасли от разъяренных преследователей, а, напротив, он спас всех остальных, что стояли сейчас на палубе «Скопы».
Вокруг хоббита раздался недовольный ропот. В голосе Вингетора тоже зазвучал металл.
— Ты хочешь, чтобы мы спасли тебя, вытащили за шкирку из воды словно тонущего котенка, а потом оставили бы в покое? И это при том, что до сего часа у нас не было распри с народом этой земли! До сего часа не было — а теперь будет?
— Прыгнуть ли мне обратно за борт, сильномогучий тан? — скрипучим голосом осведомился горбун.
— По мне — так было бы лучше! — Вингетор не скрывал гнева.
— Да исполнится желание сильномогучего тана. Прошу лишь дозволения привести в чувство мою спутницу — надеюсь, благородный тан не выбросит за борт беспомощную женщину?
«Чтобы Санделло так рассуждал о женщинах!.. Ни в жизнь бы не поверил!» — мелькнуло в голове хоббита.
— Будь по-твоему! — бросил Вингетор и, уже поворачиваясь свиной к горбуну, отдал приказ одному из своих десятников: — А если добром не уйдет — выбросить силой!
— Боюсь, тогда здесь поляжет половина команды, мой тан, — вполголоса заметил Фолко. — Санделло уложит их всех и глазом не моргнет. А когда моргнет — то уложит вторую половину.
— Лучников сюда! — рявкнул Вингетор.
— Позволь нам поговорить с ним! — Фолко решительно заступил дорогу тану. — Санделло — прославленный
