Поставив последнюю точку во «Властелине Колец», профессор Толкиен закрыл дверь в созданный им мир эльфов и гномов, орков и гоблинов, хоббитов и людей и выбросил магический ключ. Лишь одному писателю — Нику Перумову — удалось нащупать путеводную нить в таинственный и хрупкий мир Средиземья.
Авторы: Ник Перумов
мастер боя, и ссориться с ним — лишь попусту лить кровь. Если он молчит — значит, у него есть на это причины. Доверимся ему. Десять лет назад мы с ним были врагами и даже сходились один на один. Но потом все изменилось.
— Будет так, как я сказал, невысоклик. — Вингетор отвернулся, давая понять, что разговор закончен.
— Благодарю сильномогучего тана за справедливый суд, — спокойно сказал горбун. — Иначе и быть не могло. Я не смею открыть вам свой долг, вы мне — свой. Поэтому я благодарю за спасение… и ухожу.
Он повернулся к бесчувственной Тубале — крепкие руки эльдрингов подняли девушку, кое-как усадив у мачты.
— Сильномогучий тан совершает ошибку, — тихо, чтобы не услышали дружинники, заметил Фолко.
— Если это моя ошибка — я отвечу за нее! — так же вполголоса, не поворачиваясь, бросил Вингетор.
— А не думает ли сильномогучий тан, что наша свара лишь потешит Хенну? — слегка перефразируя известное место из Красной Книги, обронил Фолко. Ему тоже приходилось все время сдерживать себя, гася подступающий гнев. «Помни — это не изнутри тебя, это извне! Стисни зубы и все время помни!»
Санделло тем временем хлопотал над неподвижной воительницей. Казалось, ему нет никакого дела до творящегося вокруг.
И хоббит не сомневался, что несколько минут спустя, когда Тубала очнется, Санделло и впрямь хладнокровно шагнет за борт, в черную ночную воду.
— Наша свара лишь потешит Хенну… — Похоже, Вингетор думал о том же самом. — Послушай, мечник! Хенна — враг тебе или друг?
— Я уже ответил сильномогучему. Он враг мне.
— Хорошо, оставайся до утра, — недовольно проворчал Вингетор. — Только потому, что за тебя просит невысоклик Фолко…
— Благодарю сильномогучего. — Санделло учтиво поклонился.
— Так, значит, ты совсем ничего не расскажешь? — напоследок осведомился Вингетор.
— Отнюдь нет. Все, что я знаю о Хенне и его воинах, все о том, как они сражаются, все о том, что мы видели по пути.
— Тогда идем. Переоденешься в сухое.
— А найдется ли что-нибудь для нее? — Санделло кивнул головой в сторону Тубалы. Воительница уже пришла в себя и сейчас слегка ошалело крутила головой, видно, пытаясь уразуметь, что же с ней произошло.
— Найдется, — буркнул Вингетор. — Хотя девица на «драконе» — жди беды!
— Но ведь мы пока не в море, — усмехнулся горбун…
Санделло и в самом деле говорил без утайки. Тубала, окончательно придя в чувство, сидела заметно присмиревшей, время от времени с уважением щупая здоровенный синяк, что расплылся на подбородке. Горбун сказал ей лишь несколько слов на ухо — но после этого воительница, хоть и бросала время от времени далеко не самые дружелюбные взгляды, больше не произносила зажигательных речей и не объявляла во всеуслышание о своем горячем желании немедленно выпустить хоббиту и гномам кишки. Эту загадку Фолко оставил на потом — а пока все слушали Санделло…
— И вы вдвоем прорвались через все заслоны? — недоверчиво проговорил Вингетор.
— Почему бы и нет? — пожал плечами подоспевший ради такого случая с «Крылатого Змея» Фарнак. — Рассказы об этом человеке давно ходили и среди Морского Народа.
— Ну так скажи мне тогда, какая польза нам от его слов? — в сердцах бросил Вингетор.
— Это зависит от того, что вы намерены сделать, — пожал плечами Санделло.
Его собеседники переглянулись.
— Мы намерены отыскать… отыскать нечто, что вносит смуту в жизнь Средиземья, — начал хоббит.
— Отыскать — и что дальше? — Санделло в упор взглянул на фолко.
— Там видно будет. — Хоббиту пришлось уклониться от прямого ответа.
Санделло прищурил глаз.
— Увы! Мы не можем доверять друг другу. Каждый опасается, что другой помешает его планам. — Горбун усмехнулся.
— А ты можешь сказать, что заставило тебя двинуться в путь? в упор спросил Фолко.
— Что заставило… — Тонкие губы Санделло кривились. — Я ощутил, что с Юга на меня катится жаркая лавина Силы… Что оттуда исходит Нечто, равного которому не появлялось в нашем Мире уже очень, очень давно… Я помню Силу Кольца. Я знаю силу Талисмана… Но на сей раз — ничего похожего! Меня словно бы звал кто-то… И… этот голос был похож на… — Речь горбуна пресеклась, из горла вырвался неразборчивый хрип. — Я бросил все и помчался на Юг. И вот мы встретились. А ты… — Горбун остро и внимательно глянул на хоббита. — Я не удивлюсь, если и ты почувствовал то же самое. И, не теряя времени… Ты молодец. Собрать такую силу…
— Но что тебе в этой Силе! — не выдержал Торин. — Что ты хочешь — подмять ее под себя? Довершить не удавшееся Олмеру? Подарить его сыну все Средиземье?
Горбун равнодушно пожал плечами:
— Олвэн давно живет своим умом и правит Цитаделью согласно собственному
