Колдун 3

телевизор, другим…другим надо как следует накачать мозг Силой. Вот как ей, этой…даже не знаю, как ее назвать. Женщине, в общем.
Я уже знал, что ей нужно внедрить в мозг. Процедура «промывания мозгов» стала для меня уже привычной, рутинной. Через десять минут мой посыл впечатался в ее подкорку так, будто сидел там с самого ее рождения.
Она больше никогда косвенно или прямо не сможет причинить мне вред – в какой-либо форме. Навсегда. А в остальном…я не буду жесток. Пусть остается такой, какая она есть – жестокая, жадная, хитрая и коварная. В их среде иначе никак – сожрут-с!
Я даже не стал внедрять ей «обязательность». Пусть кидает кого угодно! Мне с этого не холодно, не жарко! Только меня пускай не трогает, вот и все жизненные принципы. Я для нее теперь царь и бог. И если мне понадобится – она сделает для меня все, что угодно. Ну да…и это тоже. Но для этого у меня есть красивая, желанная подруга и молодящиеся бабки для сексуальных утех мне точно, абсолютно не нужны!
Впрочем – пускай я ей НРАВЛЮСЬ. Пусть она относится ко мне, как к своему хорошему другу, племяннику, брату, в конце-то концов! Да! Как в индийском кино: «Я твоя сестра – видишь родинку на заднице! У меня точно такая же! – Сестра! Как замечательно, что я тебя нашел – давай, потанцуем!» Потанцуем. Жизнь впереди долгая…натанцуемся еще.
Оторвал руки от головы банкирши, сел за стол. Бесы уже перестали мучит эту женщину, а я поддал ей жизненной энергии, подлечил – жалко мне, что ли? Ну так…слегка подлечил. Совсем немного. Но банкирша уже порозовела и взгляд ее стал спокойным, осмысленным. Ну да, легко быть разумным, когда твои кишки не гложет постоянная, на грани терпения боль, которую не могут убрать никакие лекарства.
– Ты промыл мне мозги? – спокойно спросила банкирша – Я перестала тебя ненавидеть. Более того, ты мне…нравишься. И это странно. Моего ума хватает понять, что это ненормально. Десять минут назад я готова была тебя порвать собственными руками.
– Ты никому и никому не расскажешь об этом – о том, что я тебя…хмм…закодировал. Если хоть слово скажешь – упадешь без сознания от боли.
– Ты дьявол, Василий (улыбка, вздох), но с тобой можно работать. Ты не будешь против, если я к тебе пришлю кое-кого из своих знакомых?
– Кхмм… – я даже закашлялся. Неожиданно. Впрочем – а почему неожиданно? Она делает свою работу – кует капитал. Небось заработает на этой сделке немеряно. На какой «этой»? Да на той, которую она продумала еще не закончив нашу войну! Уверен, что это так. Хитрая баба!
– Ты ведь заранее это продумала, да? – не выдержав, спросил я.
– Ну да…а почему бы и нет? Мы бы так и так с тобой договорились. Жаль, конечно, что я раньше не решилась это все прекратить. Но ничего страшного. Не такие уж и великие деньги потеряла. Зато проверила твою компетенцию.
– Я убивать никого не буду! – категорично заявил я – Даже и не думай!
– А я и не думаю. И не собираюсь убивать. Тех, кто убивает, на самом деле в нашем мире полным-полно. Зачем мне еще один киллер? А вот тех кто лечит…на самом деле лечит…ты рак можешь вылечить?
– Не знаю…наверное, да. Стоит убрать причину возникновения рака, уничтожить метастазы… Пробовать нужно.
– Попробуй. И позвони мне. Только поторопись, у одного важного и богатого от рака мозга умирает жена. И он готов любые деньги отдать тому, кто ее вылечит. Так что ты имеешь шанс крепко заработать.
– И ты.
– И я. В конце концов – у нас же тут не коммунизм! Я не деньгами возьму, не беспокойся…он мне окажет услуги, которые дороже денег. А тебе…ну к примеру, десять миллионов евро – хватит?
– Кхмм…хватит – сдавленным голосом, прокашлявшись ответил я – А если не вылечу?
– А если пообещаешь, и не вылечишь, то он очень обидится. И может грохнуть и тебя, и меня. И даже твою подружку. Потому прежде чем дать ответ – точно узнай, сможешь или нет.
Женщина помолчала, потом наклонилась, оттолкнулась ладонями от поручней кресла и встала, слегка пошатнувшись, но устояв:
– Ох, как хорошо быть здоровой! А что, ты любого можешь вот так мучить…и до смерти?
– Я же сказал, я не киллер! Даже и не думайте! Ни за какие деньги!
– А если я предоставлю тебе доказательства, что этот человек негодяй и заслуживает смерти? Что он педофил, что уже замучил до смерти несколько девчонок? Тогда как?
Я замер, закусив губу. А правда – тогда как? Понимаю, что она пытается мной манипулировать, получить какую-то свою выгоду, но…
– Если будут неопровержимые доказательства – отрезал я, глядя в хитрые, блестящие глаза банкирши.
– Хорошо! – невозмутимо кивнула женщина – А что сталось с моей дочерью? Она изменилась. Не ругается, грубого слова от нее не услышишь! Пай-девочка, да и все тут! И все ее разговоры теперь о благотворительности,