Когда приспешники короля Генриха VIII поджигают монастырь, в котором Элис счастливо жила последние несколько лет, девушке удается сбежать от мародеров и убийц. Не зная, где спрятаться бывшей монахине во время религиозных гонений, она вынуждена вернуться к своей приемной матери Море, местной знахарке. Мора обучает ее своему ремеслу, и вскоре Элис становится ее помощницей.
Авторы: Филиппа Грегори
шевельнулась.
— Ну вот, в этом замке еще какое-то время будет спокойно, — усмехнулся лорд. — Примерю на себя роль опытной свахи. Подожди и увидишь, как он теперь станет ее баловать, когда от нее зависит все: и наследник, и его будущее, и тысяча фунтов.
Непослушными губами Элис выдавила улыбку и взяла книгу, которую ему читала.
Вечером Элис сидела у камина в дамской галерее по другую сторону от госпожи и невозмутимо следила, как та хлопает мужа по руке, шутливо упрекая за остроты, как кладет ладонь ему на плечо и наматывает его темный локон на свой пальчик.
Элис приказали принести из буфета оснейского вина для Хьюго. Подавая ему напиток, она встала на одно колено, и он улыбнулся, глядя на нее сверху вниз.
— Здорова ли ты, Элис? — спросил он тихо, только для ее ушей. — Когда я писал отцу, я вспоминал о тебе, знал, что ты первая прочтешь мои послания. Так что я писал не только отцу, но и тебе тоже.
Рука Элис задрожала; горлышко бутылки звякнуло о край кубка.
— И когда ложился в постель с девкой, я думал о тебе, Элис, — шептал он. — Думал, не играешь ли ты со мной. Не играла ли с самого начала, и с моим отцом тоже, и с моей женой. Что за темные игры у тебя, Элис? Отказалась ли ты от них, бросила ли свою магию и колдовство, как обещала? — Хьюго быстро огляделся. Никто за ними не наблюдал, и он продолжил: — Я уезжал, будучи без ума от тебя. В Ньюкасле, куда бы я ни пошел, где бы ни был, нигде не находил радости. Я постоянно пытался представить, как бы ты к этому отнеслась, понравилось бы тебе или нет. А потом я разозлился на тебя, Элис. В общем, мне кажется, ты околдовала меня. С самого начала ты играла со мной, хотела лишить покоя.
— Я не умею колдовать, милорд, — сухо возразила Элис. — Мне немного известно о травах, я умею ими пользоваться, лечить болезни, могу принимать роды.
Бросив на него быстрый взгляд из-под длинных ресниц, она встала, все еще с бутылкой вина в руках, и добавила:
— Я ведь тоже потеряла покой.
Хьюго рассмеялся, обнажив ряд белоснежных зубов.
— А я совсем не прочь быть околдованным, — заметил он. — И не прочь, чтобы меня искушали и соблазняли. Но видишь, в каком я сейчас положении, Элис? До октября у меня в жизни не может быть перемен, но потом я получу все. А до этого мы могли бы повеселиться, только ты и я. Но тайно.
— Что ты сказал? — вмешалась Кэтрин. — О чем это вы шушукаетесь с милордом, Элис? Хьюго, тебе не кажется, что она исхудала? Совсем худенькая и бледненькая. Боюсь, она у нас плохо питается. Когда приехала в замок, была такая хорошенькая, а теперь посмотри, кожа да кости, как старая дева за прялкой.
Дамы дружно захихикали, будто только этого и ждали. Элис смутилась и с негодованием поймала на себе изучающий взгляд Хьюго.
— Ты нездорова? — громко произнес он безразличным тоном, чтобы все его слышали.
— Здорова, — так же громко отозвалась Элис. — Просто мы все время сидим в помещении, это утомляет. Больше ничего…
— Ну, все ясно, — перебила ее Кэтрин. — Проверь-ка, нагрета ли у меня постель! — Она посмотрела на супруга. — Впрочем, через минуту, надеюсь, нам и без того будет жарко.
Хьюго со смехом взял протянутую руку жены и ласково проворковал:
— Ложитесь в постельку, миледи. Вы должны больше отдыхать ради здоровья нашего сына. Вы не представляете, сколько надежд я возлагаю на него.
В спальне госпожи Элис проверила, устлан ли пол свежими травами, лежат ли травы под подушками. Перед камином она
