Колдунья

настаивай, чтобы он бросил жену. Приворожи, пообещай темную страсть. Боль так боль, наслаждение так наслаждение. Ты способна дать ему нечто такое, на что он и не надеется со своими шлюшками. Скажи, что ты колдунья и; если он придет к тебе, ты подаришь ему удовольствия, которые смертному и не снились. Он такой же мужчина, как и всякий другой, — их всех тянет к колдовским делам и греху, которые совершаются в темноте ночи. Желаешь его получить — так возьми его! У тебя осталось мало времени, и тебе это известно.
— Мало времени? — удивилась Элис. — Ты что-то такое предвидишь?
— Элементарно! — засмеялась Мора. — Пока ты молода и красива, но в любой день чума, бедствие, болезнь могут обезобразить тебя. Подует ветер и оставит шрам на лице. Захвораешь и поблекнешь, кожа пожелтеет, глаза и волосы утратят свежесть. Вот сейчас из-за этой страсти ты каждый день худеешь, она сжигает тебя изнутри. Еще месяц, и ты превратишься в некрасивую старую деву. Если есть мечта — действуй сразу. Ожидание — тяжелое испытание только для тебя, больше ни для кого.
— Меня измучила эта страсть, — тихо подтвердила Элис.
— Хочешь, побеседую с ним? — предложила Мора. — Вечером я всегда последней ухожу из галереи. Я отведу его в сторонку и намекну, что из спальни Кэтрин он может прийти сюда. А я посторожу, пока вы не закончите.
Повернувшись к кровати, Элис подозрительно на нее посмотрела и промолвила:
— Но почему? Зачем тебе рисковать, оскорбляя этим леди Кэтрин? Ведь ты поставлена так высоко, пользуешься ее расположением, тебе платят вдвойне по сравнению с остальными, ты можешь уходить и возвращаться любое время, ты ешь, сколько влезет, и болтаешь все, о на языке! Зачем тебе рисковать?
— Это игра, детка, — снисходительно ответила Мора. — Это как бросать кости, или гадать по картам, или делать настои из трав. Это игра. Что случится потом? Вся магия — это вопрос: «А что случится, если…» Мне интересно, что будет, если ты переспишь с Хьюго. Интересно понаблюдать, как это будет. Мне просто любопытно, ничего больше.
— А разве ты сама не видишь? — спросила Элис. — Почему ты не видишь будущего, как видела раньше, а, Мора?
Старуха пожала плечами.
— Я вижу, что у тебя недолгое будущее, да тебе хватит и этого. Когда я смотрю дальше, все накрывает мрак и ничего не разобрать: только мрак и вода. Поэтому поступай так, как поступила бы любая женщина на твоем месте, и плевать на видения. Неизвестно, что тебя ждет. Так мне передать Хьюго, что ты хочешь с ним встретиться?
Элис задумалась.
— Хорошо, — наконец решилась она. — Прямо сейчас. Вызови его прямо сейчас. Немедленно уведи его от Кэтрин. Я не перенесу, если он проведет эту ночь с ней.
Кивнув, старуха выбралась из-под одеяла, набросила на плечи шаль и скрылась за дверью. Элис снова взяла зеркало, запустила пальцы в свои густые волосы и заметила румянец на бледных щеках. Слышно было, как в другом конце галереи Мора уверенно стучит в дверь.
— Лорд Хьюго! — громко крикнула она. — Вас зовет старый лорд. Требует вас к себе.
До нее донеслись проклятия Хьюго, потом раздались его быстрые шаги к двери. Он окликнул жену по имени и велел ей засыпать. Наконец дверь в спальню захлопнулась, и он вышел в галерею. Отбросив зеркальце, Элис тоже направилась туда.
— Тебе не нужно идти к отцу, — обратилась она к Хьюго. — Это я велела Море побеспокоить тебя.
Элис высоко держала голову, ее волосы золотой волной обрамляли лицо и падали на плечи. Хьюго во все глаза смотрел на нее, на тонкую ткань ее ночной рубашки; глубокий разрез открывал шею, где часто пульсировала тонкая жилка.
— Элис, — тихо промолвил он.
Она сглотнула, и он заметил, как на ее шее шевельнулась мышца.
— Не вынесу, если ты ляжешь к ней в постель, — откровенно призналась она. — Ты просил подождать, пока приедешь из Ньюкасла, и я ждала. А теперь стань моим, хочу любить тебя. Я столько мечтала о том, что ты вернешься домой, вернешься ко мне.
Мрачная улыбка тронула губы Хьюго и снова растаяла.
— Ты слышала слова моего отца, — сказал он. — Ты знаешь, как мне нужен наследник. Мое будущее и будущее моей семьи зависит от того, кто будет наследником этого замка и этих земель. Отец обещал мне деньги, Элис. Я не могу расстраивать Кэтрин, она носит моего ребенка, который нужен мне больше всего на свете.
— А как же я? — вырвалось у Элис. — Я вижу, что нужно Кэтрин, — и она получает это. И я вижу, что нужно тебе. Но как же я?
Хьюго посмотрел на нее, улыбнулся, и от его глаз побежали лучики морщин.
— Значит, ты хочешь меня, — догадался он.
Это был не вопрос, но девушка кивнула.
— Моры в твоей комнате нет?
Не поднимая глаз, Элис помотала головой.
— Тогда