Колдунья

а когда ей доводилось сталкиваться с ним на лестнице, она прижималась спиной к холодным камням стены, потупившись и молясь о том, чтобы он не заметил ее. Если он стоял близко, она кожей ощущала его присутствие, это было как дуновение ветра или дыхание. Когда за ее спиной закрывалась дверь, она каким-то образом понимала, что вышел именно Хьюго. Ей очень хотелось посмотреть на него, она поймала себя на том, что ее взгляд тянется к нему как магнитом. Ей интересно было увидеть, какое у него лицо: мрачное, молчаливое, угрюмое или светящееся живой и непринужденной радостью. Но она знала: когда он в комнате, леди Кэтрин, как часовой на сторожевой башне, неусыпно следит за каждой из дам. Малейший признак внимания Хьюго к любой из женщин будет немедленно разоблачен, и позже бедняжку ждет неминуемая и полноценная расплата. Элис пугала жгучая ревнивость госпожи, она опасалась бесконечных интриг в замке и скрытого, негласного соперничества в дамской галерее.
И еще она очень боялась нарушить обет. Боялась больше всего.
Однажды лорд Хьюго, легко взбегая по ступенькам навстречу спускающейся Элис, остановился, подождал, пока она поравняется с ним, взял ее одним пальцем за подбородок и повернул ее голову лицом к узенькому стрельчатому окну.
— А ты красивая, — заметил он, словно искал в ней какой-нибудь изъян и не нашел. — И волосы отрастают, гляди-ка, какие золотистые.
Голова Элис уже покрылась вьющимися золотисто-каштановыми локонами; они были еще слишком короткими, чтобы зачесывать назад, а потому, как у ребенка, торчали во все стороны.
— Сколько тебе лет?
Его влечение к ней было столь явным, что ей казалось, она чувствует его запах.
— Четырнадцать, — солгала девушка.
— Врешь. — Голос лорда звучал спокойно. — Так сколько?
— Шестнадцать, — неохотно призналась Элис, не отводя от него настороженного взгляда.
— Значит, уже взрослая. — Он помолчал и вдруг предложил: — Приходи ко мне ночью. Сегодня в полночь.
Бледное лицо Элис было непроницаемым, голубые глаза ничего не выражали.
— Ты хоть слышала, что я сказал? — спросил несколько озадаченный Хьюго.
— Да, милорд, — осторожно отозвалась Элис. — Слышала.
— Может, не знаешь, где моя комната? — уточнил он, словно только это могло быть помехой в исполнении его желания. — В круглой башне над комнатой отца. Как выйдешь, в зал не спускайся, а ступай по лестнице вверх. А я, малышка Элис, приготовлю для тебя вина, сластей и подарок.
Девушка молчала, уставившись в пол. Она ощущала, как горят ее щеки и глухо бьется сердце.
— Знаешь, о чем я думаю каждый раз, когда вижу тебя? — доверительно произнес Хьюго.
— О чем? — полюбопытствовала Элис, забыв об осторожности.
— О свежих сливках, — серьезно сообщил Хьюго.
— Как это? — удивилась она.
— Да вот так, каждый раз, как увижу, так сразу думаю о свежих сливках. Все время представляю, как обливаю всю тебя сливками и слизываю их.
Элис ахнула и отскочила, будто ее обожгло его прикосновение. Хьюго громко рассмеялся, увидев ее потрясенное лицо, и добавил:
— Значит, договорились.
Нисколько не сомневаясь в ее согласии, он улыбнулся обворожительной, подкупающей улыбкой, повернулся и снова побежал наверх, прыгая через две ступеньки. Элис слышала, как он насвистывает какой-то мадригал, словно радостный зимний дрозд.
Она прислонилась к холодной каменной стене, но холода не чувствовала. Тело ее наполнялось желанием, горячим, опасным, захватывающим дух. Она прикусила губу, но сдержать улыбку не смогла.
— Нет! — решительно воскликнула она. Но щеки ее так и пылали.
Элис хотела повидаться с Морой, и тем же вечером ей подвернулась такая возможность. Лорду Хьюго нужно было доставить письмо в замок Боуэс, и Элис предложила свои услуги.
— Если не успею обернуться, переночую у родственницы, — сказала она. — Мне все равно надо с ней встретиться, а заодно взять у нее лекарственные травы.
Старый лорд посмотрел на девушку и улыбнулся своей вялой улыбкой.
— Только обязательно вернись обратно, — предупредил он.
— Вы же знаете, что вернусь, — сказала Элис. — Теперь в пустоши нет для меня места, прежняя жизнь кончилась. И та, что была до нее, тоже. Словно переходишь из комнаты в комнату и за тобой закрываются двери. Приходится двигаться дальше, и прошлое постепенно отдаляется.
Старик кивнул.
— Лучше всего найди себе мужчину и закрой эти двери навсегда, и те, что впереди, и те, что позади.
— Я не выйду замуж, — отрезала девушка.
— Из-за твоих глупых обетов? — ухмыльнулся лорд.
— Да… — начала было Элис, но тут же прикусила язык и взяла себя в руки. —