Коллекция детективов

Дорис перевела дыхание и обессиленно опустилась на землю. Марвуд погрозил ей пальцем освободившейся руки, достал фонарик и дважды просигналил в темноту. Тотчас из-за холма выскочили полицейские и побежали к раскопу.
Гейнор, когда его арестовывали, вёл себя относительно спокойно, в отличие от Розы Пирсон, которая оказала сопротивление, отчаянно отбиваясь лопатой.
– Эксцентричный поступок вашей сестры, – начал Марвуд, когда Дорис приехала в участок, – несколько сбил нас с толку. Я, разумеется, не мог подумать, что она убила Мейнелла, и результаты экспертизы подтвердили это. Ему разбили голову…
— Жезлом римского легионера? – перебила его Дорис.
– Да, Гейнор предъявил его, – удивлённо подтвердил инспектор и, не вдаваясь в расспросы, продолжил, – убить Мейнелла, конечно, мог и кто-то из посторонних, но интуиция подсказывала мне, что это один из членов экспедиции. Потом я заметил, что Гейнор и его подружка всё время следят за моими ребятами, когда те прочёсывали место убийства, и особенно внимательно, когда те находились у раскопа, где мы их сегодня поймали. Там я и установил наблюдение.
– Но почему им понадобилось убивать Мейнелла?
– Из-за жадности, дорогая Дорис, из-за жадности. Они первыми обнаружили разные древние предметы, решили не сообщать о них коллегам и продать коллекционерам. Вы даже не представляете, какие огромные деньги стоит это старьё!
— А Мейнелл каким-то образом узнал, пригрозил разоблачением, и они убили его.
– Нет, – покачал головой инспектор, – он не стал бы их разоблачать. Он не хотел, чтобы пострадала репутация его экспедиции. Гейнор рассказал, что Мейнелл предложил вернуть вещи, забыть об этом печальном инциденте и отпраздновать находки.
– И они пообещали, что всё возвратят, и, как следует подпоив Мейнелла, повели к раскопу, чтобы показать добытые предметы. И устроили из этого маленькое весёлое представление – два привидения и археолог.
– Как вы догадались?
– Тильда рассказала, что видела Мейнелла, шагающего в обнимку с призраком, а на другом был римский шлем. А так как мы знали обо всех экспедиционных находках, а о шлеме не слышали, я начала догадываться, в чём дело. И потом, – она понизила голос, – вы же понимаете, что для древнего британского вождя надеть шлем врага означает полное отсутствие уважения к себе…
– Ты совершенно права, Дорис, – с чувством продолжила услышавшая её последние слова Матильда Хоулден, входя в кабинет, – я просто не понимаю, как сама сразу не догадалась о том, что это инсценировка. Всё было ясно с самого начала.
– Вот как? – видно было, что инспектор Марвуд задет за живое.
– Ни одна уважающая себя жена вождя, а тем более британка, – твёрдо проговорила Матильда, – не позволит себя ла… – она покосилась на Марвуда, – мужчине вести себя так, как вёл себя бедный Мейнелл, не так ли?
– Как же я не подумала об этом! – с воодушевлением отозвалась Дорис.
Инспектор посмотрел на обеих сестёр Хоулден, вздохнул и не стал спорить.

Перевод с английского: Сергей Мануков