Коллекция страха

со смехом ударила его по руке.
— Уже двадцать минут шестого, — уточнил он.
— Господи, что ты со мной сделал? Никогда больше не смогу трахаться.
— Только не говори, что я тебя испортил, — с притворным ужасом хмыкнул он.
— Боюсь, что так.
Блестка покосилась на экран. Ник смотрел какой-то научный канал. Шла реклама фильма о чудесах природы, медведи ловили розовыми пастями рыбу, выскакивавшую из воды. Блестка и Ник смотрели, как огромная рыбина врезается в камень, который тоже оказывается рыбой. Открылась огромная пасть, проглотила первую рыбу целиком, и хищник снова притворился камнем.
— Вот это, — сказал Ник, — я и собираюсь с тобой проделать.
Блестка рассмеялась.
— Нет. Похоже, ты уже это проделал.
— Нет. Еще нет. Еще не совсем.
Они смеялись и целовались, а потом Ник помог ей встать. И отвел в душ, где под бесконечным потоком теплой воды они намыливали и гладили друг друга, пока Блестке не показалось, что она тает, а кости размягчаются, как резина. Ник на руках отнес ее обратно в постель и укутал полотенцем. Потом позвонил и заказал в номер ужин на двоих. Сервис был на высоте, ужин привезли, как только они закончили одеваться. Ужин был плотным: стейк и картошка на пару, овощи и вода в бутылках. Они сидели на кровати и кормили друг друга, глядя на закат.
Блестка как раз добралась до половины десерта — огромного бананового пирога с кремом, — когда наконец решилась повернуться к Нику:
— Не знаю, как это правильно сказать, но мне придется рано или поздно вернуться домой.
— Я знаю, — ответил он, — а мне точно так же рано или поздно придется отрабатывать зарплату.
Он подошел к своему чемодану, открыл его и вытащил пластиковый пакет. Внутри виднелись семь капсул.
— Группа работает над одним проектом, над новым типом музыкальных систем, если тебе так больше нравится.
Если тебе так больше нравится. Ей нравилось все: его акцент, его глаза, его тело, то, как он себя с ней вел… Она почти различала невидимые струны, паутину, протянувшуюся от него к ней.
Он протянул Блестке пакет.
— Это не наркотик, клянусь. Но если ты будешь принимать по капсуле каждый день, то каждый день сможешь слышать новую песню «Старлеток и Спейсбоев», которая будет играть прямо в твоей голове. Эффекта хватит на два-три дня, но это будет непохоже на все, что ты чувствовала раньше.
Ник взял ее за руку и вложил пакет с капсулами в ее ладонь. И нежно сжал ее пальцы, целуя.
— Все начинается и… заканчивается.
— Я увижу тебя снова? — Эти слова вырвались прежде, чем она сообразила, что говорит вслух.
Ник ответил прямым взглядом.
— Да. И еще до концерта. Я подхвачу тебя еще до среды. Но сейчас, — он встал и предложил ей руку, чтобы помочь подняться с кровати, — нам обоим пора идти.
Они сели на автобус, идущий обратно, к Парку развлечений, где долго обнимались и целовали друг друга под небом, полным воздушных шаров и звезд.
— Увидимся там, — сказал Ник, указывая на горы Сандия.
Сжал ее руку на прощание, заглянул в глаза, отвернулся и растворился в толпе. Блестка чувствовала себя так, словно только что умерла.

К понедельнику она не могла избавиться от музыки в голове.
Поначалу это не было навязчиво. Первую капсулу она проглотила поздним утром в воскресенье. Позже, тем же вечером, Блестка вернулась домой и увидела мать, которая отключилась на диване в гостиной, оставив рядом пустую бутылку водки. Родстер так и не появлялся: видимо, ему не хватило смелости вернуться после попытки подкатить к дочери любовницы. Блестка не знала, нужно ли говорить матери об этом, и решила просто подождать и посмотреть, стоит ли вообще поднимать эту тему до ближайшей ссоры. Будить мать ради разговора не было смысла. Мать храпела громче ударной установки, она всегда так храпела после дозы крепкого спиртного — и при этом любила темный ром «Кэптэн Морган». Сегодня, подумала Блестка, мать неплохо развлеклась с капитаном. И слава Богу. Сама Блестка, счастливая, довольная и оттраханная, могла спокойно подняться к себе и выспаться.
Утром, когда она проснулась, солнце уже стояло высоко в небе, воздух прогрелся. На мобильный пришло сообщение, но не от Ника, как она втайне надеялась. От Мари, которая спрашивала, не хочет ли Блестка и сегодня отправиться на Праздник воздушных шаров. Хрена с два, учитывая вчерашнее, хотя жаловаться на окончание вечера ей не приходилось. Здорово вышло, рассмеялась она про себя. И отправилась на кухню в поисках чего-нибудь на завтрак. Хлопьев или печенья «Поп-тартс» не нашлось, был только одинокий тост, внешним видом вызывающий ассоциации с раскопками доисторических городов.