Коллекция страха

бензин был дорог и мало кто путешествовал. Война забрала многих молодых парней, и даже я понимал, что лагерь, полный молодых, сильных и совершенно чужих здесь мужчин может стать причиной проблем, о которых правительство даже не догадывается.
Но я представить себе не мог, какие проблемы возникнут на самом деле. Пришлось потратить немало времени на поиск девушек, которые отправлялись за ягодами (несмотря на то что для ягод был не сезон) и попадали в болото или терялись в чаще леса. И немало времени на поиск военнопленных, которые без труда пробирались за ограду лагеря — не особо укрепленного, потому что бежать было некуда. Стоило им выбраться в лес, и они тут же обнаруживали, что понятия не имеют, как выживать в дикой природе Восточного Техаса. Даже те парни, что дома привыкли к лесам, были буквально счастливы, когда я находил их и возвращал в лагерь. Вполне возможно, что они выбирались к девушкам, но вместо этого находили клещей, ядовитых змей и рысей.
В итоге я не мог посещать парикмахерскую и церковь так часто, как привык, и больше года просто не успевал задуматься о Пиндарах. Вот почему меня так удивило, когда Мэтти, моя жена (и троюродная кузина), однажды за ужином сказала:
— Знаешь, Кэл, Пиндары уже месяц не показываются на службах. Миз Кери даже предлагала отправить к ним кого-то, чтобы проверить, все ли там в порядке, но добровольцев не нашлось. Глэдис такая стерва, что никто не знает, с чем придется столкнуться.
Для меня это стало шоком. То, что Пиндары появляются каждую неделю, слушают молитвы, а потом устраивают драку, давно превратилось в неотъемлемую часть нашего мира, вроде комаров при жаре.
— И ты хочешь, чтобы я поехал к ним и проверил? — спросил я. — Неплохо для разнообразия. Честно говоря, я уже очень устал от погони по лесам за беглыми немцами и нашими девицами. И очень удивлюсь, если на следующий году нас в городке не будет наплыва крепеньких белобрысых младенцев, потому что мне одному никак не справиться с происходящим.
Она склонилась ко мне и сжала мою ладонь.
— Я буду очень благодарна, Кэл. Когда что-то привычное, словно восход солнца, вдруг резко прекращается… это странно. Может, кто-то из них заболел или она наконец добила муженька… — Мэтти осеклась, словно сама испугалась своих слов.
На следующее утро я отправился к Пиндарам. Но так как жил я уже в Хакберри, а не на ферме отца, пришлось брать «Плимут» 1930 года и катить по избитым колесами лесовозов дорогам через лес. Примерно в 8:30 я добрался до их ворот и посигналил. Невежливо, знаю, но деревенские ребята, знаете ли, держат собак, способных откусить вам ноги раньше, чем вы представитесь. Однако собака не показалась и не залаяла, никто не вышел на крыльцо, так что пришлось самому идти во двор.
— Миз Пиндар? Это Кэл Хэмптон! — закричал я, потому что у нее в доме вполне могло оказаться оружие, о котором я не знал. — Мистер Пиндар? С вами все в порядке?
Ответом была долгая тишина. А потом топот ног — и дверь дома распахнулась.
— Мы в порядке! Уезжайте! — провизжал голос, который невозможно забыть.
— В городе волнуются, потому что вы перестали приходить в церковь. — Я старался говорить как можно спокойнее.
— Передайте им, что мы в порядке. Нам ничего не нужно и не будет нужно. Убирайтесь отсюда!
И я убрался, ведь в мизинце этой миниатюрной мегеры было больше властности, чем во всем генерале Роммеле. И забыл о ней на несколько месяцев, потому что на меня внезапно свалилась еще и помощь городу Прецинкт-Три, констебль которого отправился на фронт.
Анида Ралстон к тому времени вырос в призывника, и его забрали на подготовку. Я привык, что он помогает время от времени, когда мне самому не хватает рук, поэтому приехал проведать его во время последней его побывки перед фронтом. Но отправиться в гости я не успел, парень сам пришел ко мне домой в свой последний день.
Выглядел он аккуратным и подтянутым, что было хорошо, но при этом до жути печальным.
— Заходи, садись, Анида, — сказал я, указывая ему на скамью. — Тебя что-то тревожит?
— Миста Кэл, я, кажется, видел призрака.
У него дрожал голос, и я достаточно хорошо знал этого парня, чтобы понять: он не лжет, но при этом боится, что я ему не поверю.
Я положил руку ему на плечо и почувствовал, как его трясет.
— А подробнее? — спросил я.
Он выпрямился и снял фуражку.
— Вы ж знаете, моя мама живет ближе всех к ферме мистера Денниса Пиндара. С нашего загона для коров видно их задний двор. Я вышел в последний раз подоить старую Дэйзи, это было как раз на закате. И тут я понял, что вижу что-то высокое, тощее и почти прозрачное. А потом это что-то начало стонать, словно ему больно. Жуткий звук.
Анида заглянул мне в глаза